Дьявол, который ее укротил

Атмосфера царила самая дружеская, и в комнате непрерывно звенел смех. Офелия давно так не веселилась!

После объявления Сэди обе девушки решили, что слово «муж» прекрасно звучит. Однако Офелия мигом помрачнела. Но как только подруги бросились прочь, не желая мешать супругам в первые дни их совместной жизни, решительно попыталась взять себя в руки.

Прежде всего она долго одевалась, хотя Сэди пыталась поторопить хозяйку. По ее мнению, Рейф вполне мог подождать. Хотя бы целый день. Он вполне это заслужил. Господи, как же быстро вернулся проклятый гнев, и она ничего не может с собой поделать!

– Хорошо, что ваша матушка снова легла в постель, – пробормотала Сэди, выталкивая Офелию из двери. – Я слышала, она этим утром вышла на тропу войны из-за того, как обернулись события.

– Какая чушь! – пожурила ее Офелия, останавливаясь на верхней площадке. – Моя мать никогда не выходит на тропу войны.

– А на этот раз вышла, и можете не верить, но даже ваш отец притих. Джером подслушивал у двери и клянется, что это чистая правда.

Не может быть! Этот лакей вечно сплетничает, да еще и приукрашивает свои сказки. Но она не станет спорить, потому что в гостиной ждет Рейф. Она ни секунды не сомневалась, что он приехал за ней.

Супруги должны жить в одном доме, хотят они этого или нет. Но сначала она заставит его извиниться за бессовестный побег прошлой ночью.

Офелия остановилась на пороге гостиной. Она вооружилась для битвы и даже надела одно из голубовато-зеленых платьев, подчеркивавших цвет глаз. Прическа была в идеальном порядке. Ее муж стоял у окна, выходившего на улицу, хотя вид оттуда открывался вовсе не столь уж живописный. Но он, похоже, глубоко задумался и вряд ли услышал ее шаги.

Он услышал и, не повернув головы, бросил:

– Заставила меня ждать целый час. Надеялась, что мне надоест, я все брошу и уйду?

– Вовсе нет, – промурлыкала она. – Просто надеялась, что тебе надоест.

Он повернулся как раз вовремя, чтобы поймать ехидную усмешку, брошенную в его сторону. Офелия медленно подошла к дивану. В гостиной их было четыре, все одинаковые, обитые шелковой парчой, золотистой с желтовато-коричневым узором, прекрасно гармонировавшей с коричневыми стульями, расставленными по всей комнате. Диваны были расположены вокруг низкого столика, на котором красовались несколько безделушек и одна из материнских цветочных аранжировок. Чаще всего сюда ставили чайные подносы.

Офелия широко раскинула юбки, чтобы Рейф даже не подумал сесть рядом с ней. Но он подошел ближе и преспокойно уселся на ее подол!

Офелия скрипнула зубами и выдернула из-под него ткань. Но он, словно не заметив, повернулся к ней лицом и положил руку на спинку дивана. Возможно, он не был намеренно груб, но она решительно отодвинулась подальше от него.