Дьявол, который ее укротил

Он твердо уверился, что Офелия поборола свои худшие качества, но все это было ложью. Разве можно жить с человеком, из уст которого не услышишь ни слова правды?

– Я помчалась домой, как только обо всем услышала. Поздравляю!

Подняв глаза, он увидел широко улыбающуюся сестру. Та просунула голову в дверь и с любопытством уставилась на брата.

– Не смей!

– Ты о чем?

– Не смей поздравлять меня! Если хочешь, можешь скорбеть вместе со мной. И спрячь проклятую жизнерадостную улыбку.

– Ты пьян, – констатировала сестра.

– Блестящая догадка! Как это ты додумалась?

– В самом деле пьян! Почему? И где она?

Приподнявшись на цыпочки, Аманда многозначительно взглянула в сторону кровати.

– Там ты ее не найдешь, – промямлил он. – Но если считала, что найдешь ее здесь, почему, черт возьми, не постучала, прежде чем вламываться в комнату?

– Я никогда никуда не вламываюсь! – фыркнула она.

– А что ты сделала только сейчас?

– Ничего особенного. Я долго стучала, но, не получив ответа, решила, что ты, должно быть, спишь. Однако мне было просто необходимо разделить с тобой радость…

Аманда осеклась при виде злобной гримасы, которую скорчил брат.

– Мне не следует радоваться?

– Ни в коем случае.

– Но она мне нравится.

– С каких это пор? Раньше ты ее терпеть не могла.

– Это было до того, как мы с ней потолковали по душам.

– Не верь ни одному ее слову, Мэнди, – презрительно фыркнул Рейф. – Она патологическая лгунья, законченная обманщица и великолепная актриса. Заставит поверить, что сейчас ясный день, когда за окном стоит темная ночь. И как, черт возьми, ты так быстро узнала обо всем?

– Какой-то тип ворвался в бальный зал того дома, где находилась я, и завопил на всю комнату, что вы поженились. Его тут же засыпали вопросами, после чего он пояснил, что был у Кейдов, когда ты объявил, что желаешь немедленно приковать себя к Офелии на всю жизнь, после чего сама леди Кейд отправилась с вами, чтобы стать свидетельницей на бракосочетании. Конечно, все обратили на меня укоризненные взоры, потому что я ни словом, ни намеком не обмолвилась о предстоящем событии. Мне стало ужасно стыдно, но я прощаю тебя, потому что так рада… то есть ничуть не рада… ну вот, доволен?

– Я выгляжу довольным?

Аманда, хмурясь, присела на подлокотник его кресла.

– Что случилось? Что-то помешало тебе жениться на Офелии?

– Нет, – признался он, ненавидя себя в эту минуту. – Я мог не допустить ничего подобного, но так взбесился, что попал в дурацкое положение.

Он понял, как странно все это, должно быть, звучит, попытался объяснить, но тут же потерял нить мысли и сдался.

– Хочу тебя предупредить, дорогая, – пробормотал он вместо этого, – никогда, никогда в жизни не принимай в гневе кардинальных решений, касающихся твоей жизни.