Дьявол, который ее укротил

Именно по этой причине их не пригласили в гостиную для произнесения обетов. Если такое можно считать обетами!

Может быть, они всего лишь обещали пожениться позже?

Офелия была так ошеломлена, что потеряла способность мыслить связно или сосредоточиться на том, что говорил судья. Но если это действительно ее свадьба, единственным светлым пятном было сознание того, что отца нет рядом. Некому торжествовать и злорадствовать: ведь отец с самого начала мечтал об этом браке."

"По дороге к дому леди Кейд расстроенная Мэри непрерывно щебетала о том, что, по ее мнению, ситуация крайне странная. Новобрачные не сказали друг другу ни слова, будто возвращались с какого-то скучного приема. Если они и участвовали в разговоре, то лишь ради леди Кейд. По крайней мере участвовал Рейф. Офелию пришлось то и дело подталкивать локтем, как во время церемонии, когда каждое слово приходилось буквально из нее выбивать. Погруженная в туман непонимания, она с трудом осознала, что следует хотя бы делать вид, что все нормально. Когда утром по городу разлетятся новости, леди Кейд с полным правом сможет сказать, что хотя церемония была чересчур поспешной и, уж конечно, не так подобало жениться сыну герцога, но как же романтично, что влюбленная пара не смогла больше ждать! Подумать только, какое нетерпение!

Наконец леди Кейд вошла в дом, а новоиспеченные супруги и Мэри в полном молчании продолжали путь. Но до особняка Ридов было только несколько коротких кварталов. Однако Рейф высадил из экипажа не только Мэри, но и жену.

– Теперь можете с этим жить, – сухо обронил он, прежде чем захлопнуть за собой дверцу.

Экипаж укатил.

На дорожке не было ни снега, ни льда, но Офелия словно примерзла к месту. Одно потрясение за другим, но последнее ее добило! Почему Рейф, женившись, вернул ее в родительский дом? Да женаты ли они? Она не слышала ни слова из того, что сказал судья.

Мэри обняла дочь за талию. Обе долго смотрели вслед исчезающему вдали экипажу.

– Н-не понимаю, что произошло, – озадаченно пробормотала Мэри. – Если бы твой отец не заверил меня, что ты выходишь за этого человека, никогда бы не позволила виконту тащить тебя в дом судьи. О чем ты думала, Фели, когда согласилась на такую странную церемонию?!

Согласилась? Разве? Но ведь она буквально подстрекала Рейфа сделать это и солгала, что распускала сплетни, чего, разумеется, не было. Да, вероятно, это могло быть воспринято как безмолвное согласие. Кроме того, она пообещала, что он горько пожалеет о своей холостяцкой жизни. Это тоже можно назвать чем-то вроде согласия. Но она не рассчитывала на немедленные результаты, а тем более на подобную реакцию Рейфа. Честно говоря, она вообще думала только о том, чтобы ранить его так же больно, как ранил ее он.