Дьявол, который ее укротил

Поэтому Офелия не удивилась, что леди Кейд, внеся ее в список гостей, сочла необходимым пригласить и Рейфела. Опять эти сплетни! Хорошо еще, что по другую сторону от Офелии сидела Мэри. Поспешно повернувшись к матери, она попросила:

– Не оставляй меня, мама. Скажи что-нибудь. Сделай вид, что мы заняты беседой.

– Разумеется, дорогая. Но разговаривать с ним на людях вполне допустимо. Он уже практически член семьи.

Офелия не поверила собственным ушам. Значит, мать тоже?! Но это, вне всякого сомнения, дело рук отца. Очевидно, именно он убедил жену, что все решено и что Офелия выходит за виконта.

Рейф положил руку на спинку ее стула и наклонился ближе, чтобы окружающим казалось, будто они беседуют втроем.

– На шепот это мало похоже, Фелия, – шутливо заметил он.

Девушка повернулась к нему, изобразила улыбку, чтобы окружающие ничего не заметили, и процедила:

– По-моему, я просила не обращаться ко мне.

– Не знаю, почему вы так рассержены… то есть знаю, конечно, но если хорошенько подумаете, поймете, что мои усилия помочь вам были искренними. А дурацкое пари только послужило мотивом. И все старания игнорировать меня не вызволят нас из этого переплета.

– Я все же предпочитаю игнорировать вас, а если вы против, поверьте, сцена, которую я устрою, покроет вас позором, о котором будут помнить даже ваши потомки.

– Благодарю, пожалуй, обойдусь без скандала, – пробормотал Рейф и, повернувшись к своему соседу, что-то сказал.

Офелия с открытым ртом уставилась на его затылок. Как?! Он сдается при первой же угрозе скандала? Ничего не собирается сказать в свое оправдание или убедить ее, что он и Дункан не развлекались на ее счет? Он перевернул жизнь Офелии из-за глупого пари и даже не подумал утешить ее!

Прежний панцирь снова лег на ее плечи невидимой тяжестью. Он верно служил ей много лет. Однако дал вырваться наружу горечи и гневу. Впрочем, ничто не смогло бы сдержать ее в этот момент.

Она почти решила принять первое же предложение, которое сделает очередной влюбленный поклонник. Но потом поняла, что предложений больше не будет, пока все в городе считают, что она помолвлена с дьяволом, сидевшим рядом с ней. Как же ее выводит из себя подобное положение! Она даже не может утереть Рейфу нос, показав, что предпочитает ему любого мужчину. Что же, в таком случае… она выйдет за него и сотнями разных способов заставит пожалеть, что он так бесцеремонно вмешался в ее жизнь!

Подобные мысли приходили ей в голову не впервые с той минуты, как она услышала о его пари с Дунканом. И оставались с ней, несмотря на слезы отчаяния. Она мечтала о мести. Хотела, чтобы он посчитал себя полным неудачником, уверился, что вовсе не выиграл пари и что ее преображение было уловкой, с помощью которой она сумела вернуться в Лондон.