Дьявол, который ее укротил

Правда, только на полпути догадался спросить:

– Танец, дорогая?

– С удовольствием, – ответила она. – Хотя нас, вполне возможно, остановят, потому что я уже обещала этот танец другому.

– Ничего, я рискну! – бросил он, увлекая ее в круг танцующих."

"Стоило обнять ее за талию, как его обуяло странное чувство собственника. Совершенный абсурд! Пусть он помог изменить ее характер, укротить фурию. Но она не его создание. Он просто помог Офелии проявить свои лучшие, до сих пор дремавшие качества.

Но желание владеть принимало различные формы, а он даже не хотел думать о самой обычной, не имевшей места в его жизни. Однако Рейф не мог отрицать, что ему недоставало уютной атмосферы Олдерс-Нест и общества Офелии. В подобном окружении или на любом публичном собрании он не имел права провести наедине с ней более нескольких минут. Всего один танец, не больше. Иначе злые языки начнут свою неутомимую работу. Но, несмотря ни на что, ему хотелось быть с ней рядом, слышать ее смех, наслаждаться остроумными ответами, любоваться прелестным личиком.

Рейфел слишком рано отпустил Офелию, но что еще оставалось делать? И вот сейчас он мог думать только о том, как бы затащить ее в постель. И это вместо того, чтобы добиваться ранее поставленной цели. Слава Богу, ему удалось ее преобразить. Однако теперь, когда Рейф больше не имел права занимать все ее время, он внушил себе, что должен приглядывать за ней. А еще он хотел убедиться, что не превратил ее в застенчивое, пугливое создание.

Впрочем, сейчас, когда они были вместе, он не замечал ничего подобного. Может, потому что в его присутствии она расслабилась, особенно после того, что между ними было? И наверное, считает его своим другом? Но все же ему нужно увидеть, как она ведет себя с окружающими. А этот присмиревший, пристыженный вид, с которым она появилась в комнате, тревожил его.

– Как трудно касаться вас и не испробовать вкус ваших губ.

Господи, неужели он произнес это вслух?! Должно быть, так и есть! Недаром Офелия залилась краской!

– Нет, не краснейте, – поспешно добавил Рейфел, – иначе ваша красота становится совершенно ослепительной.

Щеки Офелии побагровели.

– Гораздо лучше, – ухмыльнулся он. – Неровные пятна румянца действительно вам идут. Я часто об этом думал.

– Вы, кажется, задались целью дразнить меня! – рассмеялась она.

– Совершенно верно! Я посвятил всю свою жизнь одной задаче: дразнить вас! И можно сказать, добился в этом огромных успехов, не находите?

– О, перестаньте!

– Теперь вам легче?

Офелия с любопытством взглянула на него.

– Я не сознавала, что плохо себя чувствую.

Рейф пожал плечами:

– Вы казались немного не в себе, когда вошли сюда.

– Ах, это! Я поговорила с Сабриной и немного расстроилась.

– Вы поссорились?

– Вовсе нет.