Дядя самых честных правил 5

Желаете кричать, как истеричная девица? Пожалуйста. Тогда я откланяюсь и удалюсь. Ваши крики я выслушивать не намерен.

Несколько секунд она хватала ртом воздух.

— Вы!

— Константин Платонович Урусов, к вашим услугам, сударыня.

Княжна хотела снова закричать, но сдержалась и молча буравила меня взглядом. А затем гнев её погас, так же быстро, как и вспыхнул, и она отвела взгляд.

— Вы хотите мести или зрелища, Тамара Георгиевна?

Она поджала губы, подумала и кивнула:

— Мести.

— Тогда вы будете слушать меня и делать, как я говорю. И у нас всё получится. Договорились?

— Да, — она шмыгнула носом. — Простите, я не хотела повышать на вас голос.

— Ничего страшного. — Я подал ей платок. — Вот, возьмите. Давайте прогуляемся среди тех яблонь и поговорим о наших делах.

Я зашёл за спинку кресла, взял за ручки и сам покатил её по дорожке. Договориться с княжной, когда она держала себя в руках, не составило большого труда. Выслушав меня, девушка попросила несколько дней — всё обдумать и найти зацепки, чтобы выманить князя.

Глава 19

Записки

Утром следующего дня я застал Илью Ильича в столовой. Одетый для выхода, он пил кофий и листал записную книжку.

— А, Константин Платонович, дорогой мой! Будете со мной кофейничать? Присаживайтесь, сейчас прикажу подать вам. Захар! Заха-а-ар!

Старый слуга, шаркая ногами, принёс ещё одну чашечку и налил мне из кофейника.

— Представляете, Константин Платонович, проснулся сегодня в самую рань. Сна ни в одном глазу, лежал, ворочался, ну никак уснуть не выходит. Так я встал, побрился как положено да и взялся бумаги разбирать. И что вы думаете? Управляющий-то меня обворовывает, шельмец! И даже не пытался в отчётах спрятать — думал я самолично не стану глядеть. Нет, ну каков, а?

Илья Ильич покачал головой, отпил ещё глоток кофия и продолжил:

— Я, по совести сказать, и не читал тех бумаг, что он мне слал. А сегодня взял да и посмотрел. Что я, цифр сложить не смогу? Считай, за руку этого пройдоху поймал.

— Что будете делать?

Он пожал плечами.

— Разберусь с делами здесь да поеду в имение. Сдам вора властям, наведу порядок, найму нового управляющего. — Он улыбнулся и вздохнул: — После в Париж поеду. Давно хотел совершить вояж, да всё как-то не собрался. А теперь думаю: сколько можно ждать? Эдак жизнь пройдёт, а я только на диване валялся да в потолок глядел. Нет, нет, нет, обязательно надо путешествовать! Может быть, отправлюсь в плавание на фрегате «Афина», посмотрю мир, наберусь вдохновения и напишу эдакий роман о несчастном человеке. Назову, ну, скажем, «Гончаров». Что вы улыбаетесь, Константин Платонович?

— Радуюсь за вас, Илья Ильич. Неужели это прогулки на вас так повлияли?

— Кто знает, Константин Платонович, кто знает.