Дядя самых честных правил 8

В движение её приводил пропеллер на мускульном приводе, то есть банально с помощью педалей. Аэровагонетка, как назвала её Таня, придумавшая это средство передвижения.

— Константин Платонович! — опричник на вагонетке махал руками и пытался привлечь моё внимание. Двое других опричников яростно крутили педали.

Я поднял ладонь, показывая, что увидел, и пошёл навстречу.

— Константин Платонович, — опричник на ходу соскочил на землю и поклонился мне, — к Злобино приближаются два дормеза в сопровождении полуэскадрона конной гвардии.

— Где они?

— Повернули от Добрятино на Архангела.

— Едем, разворачивай вагонетку.

Я подозвал Черницына, оставил его за старшего и через две минуты уже заскочил на летающую платформу.

— Поехали, — скомандовал я опричникам, — выжимайте всё, что можете, судари.

Парни подналегли, и вагонетка стала набирать скорость. Холодный ветер бил в лицо, делая поездку на открытой платформе не слишком приятной. Я вытащил из кармана полушубка очки-консервы и натянул прямо поверх шапки. Теплей не станет, зато глаза перестанут слезиться.

Мы догнали процессию, когда они подъезжали к Злобино, только не к усадьбе, а к селу. Эфирный путь шёл параллельно обычной дороге, укрытый от неё небольшим перелеском. В разрывы между деревьями хорошо были видны и громоздкие дормезы с императорским гербом на дверцах, и конногвардейцы, трусящие на механических лошадях. А вот они вагонетку не замечали — по сторонам не смотрели, высоко подняв меховые воротники, а шум механических коней отлично маскировал гул пропеллера.

— Поднажмите, нужно их опередить.

Интересно, кто это пожаловал ко мне из столицы? Уж точно не императрица — для неё свита слишком мала. И не Орлов — он не стал бы путешествовать с такой охраной, не в его характере. Кто-то из сенаторов? Так им не положено кататься с императорским гербом. Однако, загадка. Впрочем, скоро я узнаю верный ответ.

Вагонетка обогнала процессию и нырнула в лес. Через три минуты она с визгом затормозила на подъезде к мастерским. Там уже ждали санки, быстро домчавшие до усадьбы. Я даже успел переодеться, прежде чем выходить встречать гостей.

— Кто бы это мог быть? — Марья Алексевна тоже вышла на крыльцо. Кутаясь в лисью шубу, она с удивлением вглядывалась в подъезжающие экипажи.

— Кто бы ни был, — я отпустил смешок, — главное, чтобы арестовывать не пытались.

— Типун тебе на язык! Даже не шути так!

Я пожал плечами. Два раза меня уже увозили из усадьбы под конвоем, имею право пошутить.

Дормезы остановились у крыльца. С козел спрыгнул лакей и побежал открывать дверь первого экипажа. Конногвардейцы на меня с княгиней даже не посмотрели, не воспринимая за угрозу.

Дверь распахнулась, и лакей откинул подножку.