Дядя самых честных правил 8

Остальные домашние тоже отходили от праздника, занимаясь кто чем. Даже Ксюшка сидела у себя в комнате, катала кукол на Мурзилке и не шалила.

Вечером, войдя в спальню, я обнаружил, что сон откладывается. На кровати под одеялом лежала Таня и задорно мне подмигивала. Судя по обнажённым плечам, одеяло было единственной её одеждой.

— У меня для тебя есть ещё один подарок. Не стала вручать его в новогоднюю ночь, чтобы не компрометировать.

Я на автомате запер дверь, не отрывая от неё взгляд. Сердце у меня предательски ёкнуло: боже, до чего она красива! Причём не пустой красотой светской дурочки — её ум и характер превращали девушку в недостижимый идеал. Она всегда была рядом, помогая и не требуя ничего взамен. Если бы не Таня, я бы разорвался между стройкой и мастерскими, а во время моих невольных отъездов она не дала развалиться моим начатым делам. И если у меня есть хоть капля благодарности, я должен решить наконец главный вопрос.

— Таня, нам надо поговорить.

Глава 34

Внезапный гость"

"Взгляд Тани стал пристальным, будто она высматривала что-то на моём лице. Не найдя этого, она улыбнулась уголками губ и села на кровати, закутавшись в одеяло.

— Если ты хочешь, можем и поговорить.

Стройная нога выскользнула из складок белоснежного постельного белья. Маня, отвлекая и сбивая с мысли. Но этот разговор уже давно назрел, и не стоило его откладывать.

Я сел в кресло и потёр лицо ладонями. Скажу откровенно: мне самому не хотелось ничего менять. С Таней было хорошо, лучше, чем с кем-либо ещё. Она понимала меня почти без слов, а я рядом с ней ощущал вдохновение и мог своротить горы. Любовь ли это? Лучше не спрашивайте — каждый подразумевает под любовью что-то своё. Одни — дикую страсть, другие — чувство собственности, третьи — единение душ. А я чувствовал ответственность за девушку. Я изменил её судьбу, вытащил из крепостных, восстановил справедливость и вернул ей дворянское достоинство. И желал, чтобы и дальше у неё всё складывалось хорошо. В идеале — рядом со мной.

Не было ничего проще исполнить обещание её матери: сделать предложение и повести под венец. Даже не сомневаюсь, что она бы согласилась. И с церковью вопрос тоже можно было решить, чтобы провести обряд венчания вне храма. Вот только я некромант, и у меня, как оказалось, есть некоторые запреты. Вернее, один-единственный, но влияющий на «любовный» вопрос.

Легко было о нём умолчать. Лукиан распространяться о запрете не будет, Хозяйка тем более. Но мне виделось бесчестным не рассказать Тане. Обмануть близкого человека ради своей выгоды? Нет, простите, но это не ко мне.

— Ты помнишь, как мы последний раз были у твоей матери?

В глазах Тани на мгновение мелькнула боль. Она нахмурилась и кивнула.

— В тот вечер Елизавета говорила со мной наедине.