Дядя самых честных правил 5

От неё прокатилась упругая волна, растворяя «перегар» и флуктуации эфира.

— Глупости, — Лукиан состроил брезгливое лицо, — только время на свою «деланную» тратишь.

Демонстративно отвернувшись, я убрал small wand. Без всяких монахов-ретроградов разберусь, какой магией мне заниматься.

— Покажи лучше, отрок, как ты колдуешь. Что-нибудь простое, хоть всполох.

— Зачем?

— Затем, — некромант с укором посмотрел на меня, — поглядеть надо, как ты магией пользуешься. Давай, не стой столбом, а то до вечера провозимся.

Выделываться я не стал и швырнул в ближайший камень огненный всполох. К моему удивлению, монаха всполох совершенно не интересовал. Он разглядывал меня, прищурив глаза и водя перед собой ладонью, будто ощупывал невидимую стенку.

— Ещё.

Я повторил всполох, косясь на Лукиана.

— Нет, — пробормотал он, — непонятно. Вот что, отрок, давай-ка подними мне что-нибудь мёртвое. Скажем…

Монах окинул взглядом опушку, вытянул руку и щёлкнул пальцами. Ворона, сидевшая на ветке берёзы шагах в тридцати от нас, хрипло каркнула и мёртвым кульком рухнула вниз.

— Птичку эту и подними."

"Прогулявшись до опушки, я принёс мёртвую ворону и положил на плоский камень.

— Невелик труд, отрок, поднимай её.

Анубис легко откликнулся на зов, но несколько секунд не мог понять, чего я от него хочу. Талант слегка возмутился, что я собираюсь поднимать обычную птицу, но уступил требованию.

Щупальце силы вырвалось у меня из груди, воткнулось в тушку вороны и принялось шуровать внутри. Я почувствовал каждую кость, каждую мышцу мёртвой птицы и все эфирные линии некромантического плетения, что выстраивал Анубис.

— Кар-р-р!

Кроваво-красный глаз вороны уставился на меня. Птица встала на лапы и замерла, ожидая приказа.

— Готово.

— Готово, — повторил монах, качая головой, — готово. Отпусти тогда птичку, чай не злодей, чтобы мучить её.

На меня накатило раздражение. Да что это за учитель такой? То подними, то отпусти. Посмотреть ему надо! Учёба где? Я пихнул Анубиса, и тот принялся откачивать силу из вороны обратно. Но то ли я слишком сильно был недоволен, то ли Анубис поспешил, только щупальце Таланта выскользнуло из птицы раньше, чем закончился процесс.

— Кар-р-р!

Мёртвая ворона сделала несколько прыжков, хлопнула крыльями, взлетела и через секунду села на ту же ветку, откуда недавно свалилась. Причём смотрела на нас с монахом донельзя обиженно.

— Ах ты, зараза!

Не успел я создать всполох, как Лукиан остановил меня.

— Не надо, отрок. Раз шустрая такая, пусть себе летает, вреда от неё не будет.

Вид у него был хмурый и недовольный.

— А вот от тебя вреда как раз может быть много.

— Что?

— Ты отдельно, Талант твой отдельно. Так ведь? Кто он у тебя? Лев? Тигр? Орёл?

— Шакал, — не стал я отпираться, — Анубис.