Дядя самых честных правил 11

Лучше найди-ка мне маленькую пуговицу.

— Пуговицу⁈

Камбов несколько раз моргнул.

— Да, именно её."

"Его так поразила моя просьба, что он молча оторвал пуговицу от своей рубашки и протянул мне. Судя по его взгляду, он не знал, что думать: то ли подозревать меня в сумасшествии, то ли ожидать чего-то невообразимого.

Я взял маленькую плоскую пуговку и жестом фокусника вытащил из воздуха needle wand. Под облегчённый вздох Камбова я принялся создавать крохотный артефакт. Ничего сверхсложного, всего лишь «эфирную пищалку», вроде той, что используется в телеграфе, только гораздо проще и не такую мощную.

— Карандаш есть?

Не говоря лишних слов, Камбов протянул мне требуемое. Деревянная «палочка» подошла для второй части магического артефакта идеально. Да и Знаков потребовала совсем немного.

— Держи, — я отдал Камбову карандаш обратно.

— Эээ… А что с ним делать?

— Направь на неё, — я вытянул руку с пуговицей в сторону.

Камбов с опаской указал на неё карандашом.

— О! Жужжит!

— А теперь вот так.

Я принялся двигать пуговицу, а опричник тыкал в неё карандашом и радостно ухмылялся.

— Дальность у маячка две-три версты, но больше и не потребуется. Прислуга у испанца, полагаю, из твоих людей?

— Конечно.

— Вот и вели им пришить эту пуговичку испанцу. На пояс или шляпу, без которых он не выходит из дома.

— Понял, Константин Платонович. Сегодня же сделаю!

— Как узнаете, куда он ночами ходит, — сразу докладывай. А теперь, прости, Семён Иванович, но у меня куча других дел.

Провожая меня к дрожкам, Камбов не удержался:

— Константин Платонович, а можно ещё «пуговичек» сделать? В работе такие штуки очень бы пригодились.

— Разберётесь с испанцем — и будут вам маячки.

Я не беспокоился, что де Суньига обнаружит моё следящее устройство. Из всех знакомых мне магов только слабосильный Добрятников сумел «услышать» писк телеграфа в эфире. Да и то я потом слегка подкрутил схему Знаков, чтобы не беспокоить Петра Петровича.

Дрожки выехали из «казарм», и возница спросил:

— Куда едем, Константин Платонович?

— Обратно на гасиенду. И можешь быть свободен до завтра, в город я сегодня уже не поеду.

* * *Перед особняком в тени огромного фикуса на траве валялся Мурзилка. Вытянувшись во всю длину и лениво помахивая хвостом из стороны в сторону. А рядом, строгий и мрачный, сидел Анубис в образе шакала. Рыжее пламя и чёрная тьма, совершенно разные и в то же время очень похожие. Каждый день эти двое встречались в парке и долгими часами вели молчаливые «беседы». Эфир вокруг них так и клубился, но кот с шакалом делали вид, что просто отдыхают.

Я принципиально не пытался подсматривать их «разговоры». Во-первых, это не вежливо. Во-вторых, я слишком многим им обязан, чтобы контролировать, и доверяю полностью.