Наследница Дивной усадьбы

В полумраке комнаты я отчетливо разглядела на его лице недовольство и даже злость.

– Да! Ты несносная кокетка! Ты ведь специально поощряешь Салтыкова мне назло? Так?

Я моргнула пару раз, понимая, что, похоже, ревнивый муж решил устроить мне сцену. Но какого лешего я должна быть ему верной, если он сам вел себя аморально?! Он был одет в одни штаны и белую рубашку, чуть расстегнутую на груди. Темные волосы взлохмачены.

– Говори тише, Анечку разбудишь.

– Прости, – кивнул Григорий, пытливо заглядывая в детскую кроватку и отмечая, что малышка спит. Снова обратил на меня недовольный взор и сказал уже тише: – Я жду ответа, Любаша. Намеренно пытаешься причинить мне душевную боль? Но это жестко!

Вздохнув и чувствуя, что немного пришла в себя, я приподняла голову и с достоинством ответила громким шепотом:

– То есть тебе можно на глазах у всех весь вечер танцевать с Елизаветой, а мне даже поговорить нельзя с Евгением Васильевичем?

Я помнила этикет. По нему даме дозволялось танцевать с одним кавалером на балу только дважды, чтобы не вызывать досужих сплетен. Больше можно было танцевать только с мужем или официальным женихом. Я не нарушила этого правила, в отличие от него, а Салтыкова не являлась невестой графа. Так что я не понимала его претензий.

– Ты же прекрасно знаешь, что я вынужден это делать, – раздраженно заявил Григорий, останавливаясь в шаге от меня. – Так зачем пытаешься вызвать мою ревность?

– Вынужден танцевать с Елизаветой? – опешила я, ничего не понимая.

– Да. Я же все объяснял тебе. Отчего это девица живет в нашем доме. Для отвода глаз. Ты что, позабыла тот наш разговор? – Он тяжело вздохнул, видя мой недоуменный взгляд. – Хорошо, я объясню тебе еще раз, чтобы ты поняла. Я не люблю Салтыкову. Мало того, она даже не привлекает меня внешне, как женщина. Слишком вульгарная девица, липучая и распущенная. Я поселил ее в нашей усадьбе, чтобы все подумали, что тебя я больше не люблю. Объявил всем, что хочу развестись, но это все фарс, Любаша, пойми.

– Зачем?

– Чтобы отвести от тебя козни злодеев, чтобы они забыли про тебя. Чтобы тебе не причинили вреда. Если все будут думать, что ты мне безразлична, убийцы наверняка оставят тебя в покое. Ведь эти мерзавцы хотят превратить мою жизнь в ад, чтобы я страдал.

– Ты говоришь про проклятье и про угрозы из той записки про Лесного царя? Про то, что будут умирать все, кого ты любишь? – наконец осенило меня.

– Да, я же показывал тебе то дурное письмо. Сегодня я получил еще одну анонимку, того же содержания.

Я долго молчала, напряженно размышляя. Теперь все становилась на свои места. Угрозы убийц и покушения на Любашу, видимо, были и раньше. И Григорий, опасаясь за мою жизнь, придумал эту драму с любовницей, чтобы отвести от меня убийц.