Диверсионная команда

— Теперь необходимо посчитать количество дополнительного вооружения, — на этот раз Моул обратился к офицерам.

— Я уже сделал соответствующие расчеты, — произнес Мартинес. — Сэр, необходимо пять дюжин осколочных мин SM 121/11C с радиоуправляемыми детонаторами. Два переносных противотанковых комплекса «милан» с телевизионными прицелами и дюжина ракет к ним. И дополнительно двести фунтов пластиковой взрывчатки для проделывания проломов и минирования путей отхода группы.

— Отлично, — довольно произнес Моул, закинув руки за голову и попыхивая сигарой. — Пульт дистанционного подрыва будет у меня, чтобы у вас руки были свободны. — Алан, — обратился майор к радисту, — передай в центр: «Срочно ждем посылку, место приема обеспечим радиомаяком».

Радист подошел к небольшому пластиковому футляру с антенной, похожей на перевернутый зонтик, открыл крышку футляра, щелкнул несколькими тумблерами. Затем зашифровал депешу майора и передал ее в эфир.

Пропущенная через американский спутник информация достигла радиоцентра ЦРУ, оттуда ее передали в центр подготовки специальных операций. Где тут же была получена резолюция «К немедленному выполнению». Американская военная машина набирала обороты...

Липкий жар Исламабада встретил пассажиров «Боинга» авиакомпании «Пан Ам». Смуглолицые угрюмые таможенники тщательно проверяли паспорта прилетевших.

Валерий Бойко и Алексей были в параллельных очередях к паспортному контролю. Молодой офицер-таможенник с продолговатым аскетичным лицом и тонкой ниткой щегольских усов, взглянув на ливанский паспорт с арабскими письменами, без промедления поставил печать. Как-никак брат мусульманин.

Зато второй таможенник, немолодой кареглазый пакистанец, сурово взглянул на лицо Алексея, затем раскрыл паспорт и, ухмыляясь, произнес:

— Колумбия, наркотики.

На это восклицание «терминатор» лишь улыбнулся, про себя подумав: «Кто бы говорил о наркотиках».

— Цель визита? — на хорошем английском спросил таможенник.

— Хочу познакомиться с древневосточной культурой, — ответил обладатель колумбийского паспорта, затем, с улыбкой подмигнув таможеннику, добавил: — Если понравится, приму мусульманство.

«Жалкий плейбой», — подумал пакистанец.

— В нашей стране законы очень суровы по отношению к торговцам наркотиками и контрабандистам, — сказал таможенник.

— В нашей тоже, — ответил Алексей, забирая проштампованный паспорт.

На выходе из здания аэропорта стоял молодой человек в национальной одежде с большим плакатом, где были написаны вымышленные имена. Внизу стоял условный знак. Подойдя к парню, Бойко, владеющий почти в совершенстве арабским, спросил:

— Вы ждете своих дальних родственников?

— Нет, — ответил юноша, — я жду врагов своих врагов.

— Это мы.