Диверсия

Должна быть прорва бумаг. Наконец, должны быть слухи, которые невозможно скрыть!

Следователи промолчали.

— Скорее всего вы ошибаетесь. И это просто талантливый авантюрист-одиночка, действовавший на свой страх и риск.

— Зачем?

— Например, с целью шантажа."

"— Он что, не мог найти для шантажа более благодатный объект? Какого-нибудь подпольного миллионера или проворовавшегося банкира. Нет, это не авантюрист-одиночка. Не обольщайтесь. Это «спец»! Причем «спец», представляющий организацию.

— Но почему обязательно организацию?

— Хотя бы потому, что его незаконченную работу сейчас доделывает его преемник.

— Что?!

— Мы нашли следы от двух ввернутых в разное время, но в одном и том же месте струбцин. Тех, к которым привинчивают сканирующие микрофоны или видеокамеры. И еще мы узнали, что при проверке данного места пострадал охранник одного из правительственных зданий.

— Какого?

— Не вашего.

— Значит, охота шла не за мной?

— Не за вами.

— Но кому тогда он или они подчиняются, чьи приказы выполняют, перед кем отчитываются? Где получают зарплату?

Вам не кажется, что все это напоминает какой-то дурной вестерн? С героями-одиночками в качестве главных действующих лиц.

Я не очень верю в тайные организации. В разные там неизвестно-официальные масонские ложи, рыцарские ордена, братства вольных каменщиков и штукатуров. Если бы что-то подобное существовало, я бы о том знал. Как не самое последнее лицо в существующей табели о рангах.

Такого шила в таком дырявом, как наше государство, мешке не утаишь!

Я думаю, вы перестарались. Я думаю, что ваши опасения сильно преувеличены.

Наемные следователи не обиделись на резкий тон. Они вообще не имели дурной привычки обижаться. Они сказали:

— Вначале мы подумали так же. Так же, как вы. Что невозможно спрятать организацию, если в ней числится больше чем два работника. Но потом вспомнили о царящем в нашей стране бардаке, под прикрытием которого, если умеючи, можно расквартировать целую вражескую армию, и вспомнили давние и устойчивые кулуарные шепотки о наличии в стране еще какой-то или каких-то специальных сил. И решили эти слухи проверить.

Мы побеседовали со своими коллегами. Со многими. С теми, что служили раньше, и с теми, что служат до сих пор. Мы задали им единственный вопрос — не ощущали ли они в своей деятельности присутствие какой-либо третьей силы? Многие сказали «нет», многие — «да» и кивнули на конкурентов из военной разведки или МВД. Мы нашли ветеранов ГРУ и МВД и сопоставили их воспоминания и узнали, что в тех операциях они никакого участия не принимали. И даже не знали о них.

Конкурентов не было, а противодействие было! Тогда мы, под видом создания Фонда помощи ветеранам Безопасности, нашли и опросили наших людей на местах.