Дивергент

Неофиты-лихачи и переходники были разделены на первой ступени, но с настоящего момента мы тренируемся вместе. Так сказал Четыре, прежде чем скрыться за дверью.

– Ну что? – Линн ковыряет пол ботинком. – Кто из вас первый по рангу?

Сперва ее вопрос встречает тишина, но затем Питер прочищает горло.

– Я, – отвечает он.

– Спорим, я тебя побью, – небрежно произносит она, поворачивая колечко в брови кончиками пальцев. – Я вторая, но спорим, любой из нас побьет тебя, переходник.

Я с трудом сдерживаю смех. Будь я по-прежнему альтруисткой, ее замечание показалось бы грубым и неуместным, но в Лихости, по-видимому, принято бросать вызов. И это начинает мне нравиться.

– Я бы на твоем месте не был так уверен. – Глаза Питера блестят. – Кто первый?

– Юрайя, – отвечает она. – И я совершенно уверена. Знаешь, сколько лет мы готовились к этому?

Если она хочет запугать нас, ей это удается. У меня уже холодок по коже.

Прежде чем Питер успевает ответить, Четыре открывает дверь и произносит:

– Линн.

Он подзываeт ее жестом, и она идет к двери; бритая наголо голова мерцает в голубоватом свете в конце коридора.

– Так значит, ты первый. – Уилл обращается к Юрайе.

Юрайя пожимает плечами.

– Ага. И что?

– Как по-твоему, это честно, что вы готовились всю жизнь, а мы должны научиться за несколько недель? – щурится Уилл.

– Почему нет? Конечно, на первой ступени важно мастерство, но ко второй ступени подготовиться невозможно, – отвечает он. – По крайней мере, так мне говорили.

Никто ему не отвечает. Мы молча сидим двадцать минут. Я слежу по часам. Затем дверь снова открывается, и Четыре называет новое имя.

– Питер, – произносит он.

Каждая минута словно трет кожу наждачной бумагой. Постепенно нас становится все меньше, пока не остаемся только мы с Юрайей и Дрю. Дрю притопывает ногой, Юрайя барабанит пальцами по колену, а я стараюсь сидеть совершенно неподвижно. Я слышу только бормотание из комнаты в конце коридора и подозреваю, что это тоже часть игры, в которую с нами играют. Запугивают нас при любой возможности.

Дверь открывается, и Четыре подзывает меня.

– Идем, Трис.

Я встаю – спина ноет, оттого что я так долго прислонялась к стене, – и иду мимо других неофитов. Дрю вытягивает ногу, чтобы я споткнулась, но я в последний момент перепрыгиваю.

Четыре касается моего плеча, направляя меня в комнату, и закрывает дверь.

Когда я вижу, что в ней находится, то отшатываюсь, ударяясь о его грудь.

В комнате стоит откидывающееся металлическое кресло, такое же, как на проверке склонностей. Рядом с ним – знакомая машина. В комнате нет зеркал и совсем мало света. На столе в углу – экран компьютера.

– Садись, – произносит Четыре.

Он сжимает мои плечи и толкает меня вперед.