Дивергент

– Почему? – спрашиваю я. – Потому что я Сухарь?

– Нет. Потому что ты… благоразумная.

Он улыбается. У него ровные белые зубы.

– И чего ты боялась сегодня, Трис?

– Слишком много ворон, – отвечаю я. – А ты?

Он смеется.

– Слишком много кислоты.

Я не спрашиваю, что он имеет в виду.

– Просто поразительно, как все это работает, – замечает он. – В сущности, мы имеем борьбу между таламусом, который порождает страх, и лобной долей, которая принимает решения. Но симуляция происходит исключительно в голове, так что, когда тебе кажется, будто с тобой что-то делают, в действительности ты сам делаешь это с собой и…

Он умолкает.

– Извини. Я говорю как эрудит. Дурная привычка.

Я пожимаю плечами.

– Звучит интересно.

Ал едва не роняет Кристину, и она хватается за первое, что подворачивается под руку, а именно его лицо. Он дергается и поудобнее берется за ее ноги. На первый взгляд Ал кажется счастливым, но его улыбкам не хватает беспечности. Я беспокоюсь о нем.

Я вижу у пропасти Четыре, окруженного группой людей. Он смеется так сильно, что хватается за перила, чтобы не упасть. Судя по бутылке в его руке и раскрасневшемуся лицу, он пьян или вот-вот опьянеет. Я привыкла видеть Четыре суровым, наподобие солдата, и забыла, что ему всего восемнадцать.

– Ой-ой, – произносит Уилл. – Тревога: инструктор!

– По крайней мере, это не Эрик, – откликаюсь я. – Еще заставил бы нас соревноваться, кто первым струсит.

– Конечно, но Четыре пугает. Помнишь, как он приставил пистолет к голове Питера? Я думал, Питер обмочится.

– Питер это заслужил, – твердо отвечаю я.

Уилл не возражает. Несколько недель назад он мог бы возразить, но теперь все мы видели, на что способен Питер.

– Трис! – окликает Четыре.

Мы с Уиллом обмениваемся взглядами – наполовину удивленно, наполовину с опаской. Четыре отлипает от перил и подходит ко мне. Ал и Кристина, идущие впереди, останавливаются, и Кристина соскальзывает на землю. Ничего удивительного, что они пялятся. Нас четверо, но Четыре обращается только ко мне.

– Ты изменилась. – Его речь, обычно резкая, стала замедленной.

– Ты тоже. – Он действительно выглядит более расслабленным и юным. – Чем занимаешься?

– Флиртую со смертью, – хихикает он. – Пью рядом с пропастью. Наверное, не лучшая мысль.

– Наверное.

Не уверена, что Четыре в таком виде мне нравится. В нем есть что-то тревожащее.

– Не знал, что ты сделала татуировку. – Он смотрит на мою ключицу.

Он прихлебывает из бутылки. Его дыхание сильно и едко пахнет. Как дыхание того бесфракционника."

"– Точно. Вороны. – Он оборачивается на друзей, которые продолжают развлекаться без него, в отличие от моих. – Я предложил бы тебе зависнуть с нами, но ты не должна видеть меня таким.