Дитя прибоя

Присмотревшись, парень понял, что видит самого себя. Его, того, другого куда-то тащили, а вокруг смеялись люди. На картинке появился эшафот, и его бросили на плаху. Палач взмахнул топором, и голова казнённого скатилась в подставленную корзину.

– О! А я и не знал, что тут даже кино крутят, – фыркнул Лёха, зло рассмеявшись.

– Это твоё будущее, – послышался еле слышный шёпот. – Ты хочешь так закончить свою жизнь?

– Будущее многогранно. Один непредсказуемый поступок – и всё может измениться, – не остался в долгу Лёха.

– С тобой трудно спорить, – нехотя признал голос. – Тебе известно то, о чём жители этого мира даже не догадываются. Но ты ещё можешь спасти свою подругу. Разве ты не боишься за неё?

– Я похоронил Даяну в тот день, когда понял, что не могу догнать её похитителей. И доказательств того, что она ещё жива, мне так и не предъявили.

– Я могу показать тебе.

– Что? Морок? Нет уж. Такие фокусы любой маг-недоучка способен показывать. Однажды я уже говорил: покажите мне то, что я смогу потрогать, к чему смогу прикоснуться руками. Всё остальное – враньё.

– Хитришь? Хочешь, чтобы тебя перенесли к твоей подруге? Не выйдет. Она останется там, где сейчас есть.

– Слишком много разговоров и всё не по делу, – презрительно рассмеялся Лёха.

– Посмотрим, что ты скажешь теперь, – прогремел голос и Лёху вдруг куда-то потащило.

Вспомнив о своих способностях, парень попытался возмутиться, почему они не действуют, но внезапно всё кончилось. Оглядевшись, Лёха с удивлением понял, что оказался в натуральной камере пыток. Низкий потолок, каменные стены, раскалённые угли в очаге и различные пыточные инструменты вокруг. Оглядевшись, Лёха недоумённо пожал плечами и фыркнул:

– Неплохая иллюзия. И что дальше?

Словно в ответ на его вопрос, в пыточную ввалились четверо стражников, два мужика в балахонах, напоминавших те, что когда-то носили монахи на земле, и трое здоровенных бугаёв в кожаных фартуках. Увидев парня, вся компания дружно заухмылялась и двинулась к нему.

– Его по всему монастырю ищут, а он тут прячется, – прогудел монах.

Голос у мужика был впечатляющий – гулкий бас.

– Ловок, бестия, – поддержал его второй монах. – Из камеры сбежал, да видно заплутал в коридорах. Сам на пытки пришёл, и возиться не пришлось.

– Вяжите его – и на дыбу! – приказал обладатель баса.

Отступив к ближайшему столу, Лёха схватил первый попавшийся нож и, не раздумывая, швырнул его в одного из стражников. Судя по нашивкам, десятника. Изогнутое, словно серп, лезвие, свистнув в воздухе, ударило стражника в лоб. Утробно икнув, десятник завалился на спину. Не ожидавшие такого отпора, стражники растерянно переглянулись. За все годы их службы сопротивление в камере пыток им никогда не оказывали. Но парню было не до размышлений.