Дитя прибоя

А управлять ветром очень тяжело. Тяжелее управлять только силами земли.

– Значит, остаётся только надеяться на силы природы, – кивнул Лёха.

– Будь с нами маги эльфов, можно было бы попробовать. Но они отказываются вмешиваться в дела людей, – нехотя признался Кержак.

– Ты общался с их главным? – навострил уши Лёха.

– Пришлось, – мрачно кивнул орк. – Когда узнал, что именно может произойти, подумал, что в такой ситуации любая помощь лишней не будет. Но они отказались.

– Небось, опять было много споров, взаимных обвинений и ни слова о деле, – презрительно усмехнулся Лёха, вспомнив свой поход в эльфийскую пущу.

– Эльфы не меняются, – развёл руками Кержак.

– Я сразу сказал их вождю, что пришло время жёстких решений, да он меня не послушал.

– Такие решения не для эльфийских кланов, – сообразив, о чём идёт речь, покачал головой Кержак. – Это сходу вызвало бы междоусобицу. Кланы тут же примутся припоминать друг другу старые обиды и резать глотки за любой косой взгляд. Нет, он никогда не пойдёт на это."

"– Было бы желание и воля, – отмахнулся парень. – Достаточно собрать вокруг себя самых преданных воинов из разных кланов и подробно объяснить им, что и для чего делается. А дальше любой возмутитель спокойствия даже рот открыть не успеет.

– Ты слишком плохо знаешь эльфов. Это самые долгоживущие первородные среди нас, и поэтому самые упрямые и самые заносчивые. Считают себя непревзойдёнными эстетами и ценителями красоты, но при этом без интриг и подковёрных игр жить не могут. Кстати, многие из них считают, что это ты заставил Эльвара убить брата. Так что обратно ему пока дороги нет.

– О как?! – удивился Лёха. – А ничего, что этот ушастый козёл нас убить пытался? Всех. Включая князя гномов.

– Ничего, – в тон ему отозвался орк. – Для эльфов это не имеет никакого значения. Они решили, что виноваты ты и Эльвар – и всё. Всё остальное – мелочи.

– Может, мне туда с егерями съездить? – помолчав, хищно усмехнулся Лёха.

– Зачем? – не понял Кержак.

– А развешаем самых упрямых на суках, и пусть дальше возмущаются. Наверняка там старейшины воду мутят.

– Тебе мало войны со степняками и противостояния с Проклятым? Решил ещё с эльфами повоевать?

– Нужны они мне, как зайцу триппер, – отмахнулся Лёха. – Просто после таких известий рисковать собственной головой ради того, чтобы они жили, совсем не хочется.

– К счастью, их очень мало. Но если ты откажешься, я пойму, – грустно вздохнул Кержак.

– И позволить Проклятому погубить Даяну? Потерять всех тех, кого я называю друзьями? Нет. Я сам себя уважать перестану, – отрезал Лёха, изменившись в лице.

– Я надеялся, что ты это скажешь, – с облегчением вздохнул орк.

– Ты ещё слезу пусти, – проворчал парень нарочито грубо.