Дитя прибоя

Не сможем встретиться с их принцем, отправим к нему парня с запиской, – решительно взмахнув кулаком, ответил Родри. – Дальвар напишет всё, о чём мы говорили, я поставлю свою печать, и пусть дальше сам думает.

– Одной печати мало, – решил Кержак. – Я отправлю с вами двух своих воинов. У одного из них на чистом листе пергамента будет стоять печать и моя подпись. Ты подпишешься рядом и передашь этот пергамент принцу. Не пойми это, как знак недоверия, но я хочу точно знать, как отреагирует принц на эти новости. Да и присутствие среди вас орков подтвердит серьёзность ваших слов.

– Тогда принимай решение про заказ, и отправимся, – согласно кивнув, ответил гном.

– Да построим мы вам эту вашу академию, – отмахнулся старейший. – Лучше скажи, продашь мне ружья? Сам понимаешь, секирами да алебардами много не навоюешь.

– Раньше бы, не продал. А сейчас… – Родри замолчал, обдумывая ситуацию. – Хорошо. Продам. Из тех, что имперской армии продаём.

– Годится, – быстро кивнул Кержак, явно обрадованный таким решением гнома.

– Только помни, старейший. Ни одно ружьё не должно выстрелить за пределами твоего удела, – жёстко произнёс Лёха.

– Это ты мне условие ставишь? – нахмурился Кержак.

– Не изображай глупца, – отмахнулся парень. – Если враг узнает, что у вас есть оружие, он может попытаться устроить провокацию.

– Это как? – не понял старейший.

– Просто. Твои воины пристрелят кого-то за пределами удела, а в ответ империя устроит карательный поход. Поэтому всё оружие должно находиться далеко от границы. В любом случае, остановить серьёзное нападение один десяток не сможет. Их задача – вовремя предупредить род, – ответил Лёха, комбинируя знания, полученные в армии с местными условиями.

– Согласен. Так и сделаю, – подумав, кивнул старейший. – Дашь клятву рода, что не приведёшь сюда хирд? – спросил он, повернувшись к гному.

– Зачем? – не понял Родри.

– Если дашь, то я поклянусь, что по моему приказу ни один мой воин не переступит границу твоего удела с плохой целью. Нам война не нужна.

– Нам тоже, – помолчав, кивнул князь."

"– Только помни, что я про ушедших в большой мир сказал, – быстро добавил Кержак.

– Забудешь такое, – мрачно кивнул гном. – Хорошо. Клянусь честью рода, что первым никогда не начну войну с народом урух-кай, – произнёс Родри, положив ладонь на княжескую цепь, которую надел перед разговором с Кержаком.

В зале что-то тихо прошелестело, а молот, знак рода, на несколько секунд осветился мягким розовым сиянием. Клятва была принята. Одобрительно кивнув, Кержак встал и, выпрямившись во весь свой немаленький рост, громко произнёс:

– Клянусь, что никогда не поведу своих воинов против подгорного народа ради войны.