Дитя подвала

– В определенной степени да. Но сейчас у меня нет времени посвящать тебя в детали. У тебя есть ствол?

– Обижаешь. Сейчас я официально работаю в ЧОПе, так что все по закону, гражданин начальник.

– Вот и отлично.

– Еще один момент, Сережа, – сказал Евгений. – Коль в течение этих дней я отвечаю за твоего сына, он должен меня беспрекословно слушаться. Никаких виляний хвостом, мол, я сам. Так что предупреди его.

– А мы сейчас прямо и поедем к нему, – промолвил Малышев, заводя автомобиль. – В общем, по рукам?

– По рукам. Но этот раз будет последним. Я больше не твой должник.

– Идет, – усмехнулся Сергей.

* * *На следующий день у Малышева была запланирована встреча с Виктором Боковым, оперативником из его управления. Когда Сергей подъехал к кафе, лейтенант уже ждал его. Несмотря на час пик для питейного заведения – вечер пятницы, – столики в баре были заняты едва ли на четверть.

«Еще бы», – подумал Малышев.

После того что случилось в Каменске, желающих гулять с наступлением темноты резко поубавилось. Нагнетали обстановку и СМИ, круглосуточно прокручивая в новостных лентах сюжеты о зверских убийствах.

Перехватив взгляд Виктора, Сергей кивнул ему и двинулся к столику.

– Извини, что вытащил тебя вне рабочего графика, – сказал он, пожимая руку оперу.

– Все в порядке, Сергей Александрович.

– Ты голоден? Будем что-нибудь заказывать?

Боков покачал головой:

– Мне хватит кофе.

Малышев жестом подозвал официанта и заказал крепкий чай без сахара.

– Витя, меня интересует родня той самой девушки, Тамары Шаховой, – начал он, в упор глядя на подчиненного. – Ты раскопал что-нибудь? Мне, в частности, нужна информация о ее двоюродном брате. Кое-что мне уже известно, но вдруг у тебя есть что-то свежее?

Боков вынул из слегка обтрепанной кожаной папки прозрачный файл с документами и вытащил их наружу."

"– К сожалению, немного прояснилось, – признался оперативник. – Брагинский Руслан Борисович, 1974 года рождения. Отслужил вторую чеченскую, был награжден. Был дважды ранен, получил контузию… После окончания военных действий работал в подразделении кемеровского спецназа. Как я уже говорил, уволен по дискредитирующим обстоятельствам… После увольнения дважды сидел в местах не столь отдаленных… За решеткой получил кличку Грот. Мне удалось получить копии личного дела Брагинского. Если говорить коротко – тихий псих, волк в овечьей шкуре. Злопамятен. Очень привязан к сестре.

Помедлив, Боков продолжил:

– Его отец умер, мать продала квартиру и сейчас живет с религиозной сектой в какой-то глухой деревне. О самом Брагинском пока ничего не известно. Я обратился к кемеровским коллегам… По оперативным источникам, Грот примкнул к преступной группировке.

– Нда… – протянул Малышев.