Дитя дьявола

А поскольку его светлость пригрозил задушить меня, если я издам хоть звук, то, думаю, я бы и не осмелилась ослушаться. Итак, я взошла на борт яхты и там, из-за сильного волнения на море, почувствовала себя не самым лучшим образом.

По лицу ее собеседника скользнула улыбка.

— От души сочувствую лорду Видалу. Вы несомненно его расстроили.

Мисс Чаллонер рассмеялась.

— Думаю, вы не слишком хорошо знаете маркиза, сэр, так как, к его чести, он ничуть не расстроился и даже, напротив, поспешил оказать мне помощь.

Пожилой джентльмен удивленно взглянул на нее.

— Я полагал, что хорошо знаю его светлость, — сказал он. — Видимо, я ошибался. Пожалуйста, продолжайте, вы меня крайне заинтриговали.

— У маркиза Видала отвратительная репутация, но в душе он очень добрый человек. Его светлость — необузданный, вспыльчивый, избалованный мальчишка.

— Восхищаюсь вашей проницательностью, мисс Чаллонер, — вежливо заметил пожилой джентльмен.

— Я говорю правду, сэр, — настойчиво повторила Мери, уловив иронию в его словах. — Когда на яхте я почувствовала себя плохо…

Он поднял руку.

— Я разделяю ваше мнение об истинном характере его светлости, мисс Чаллонер. Только избавьте меня от описания ваших морских страданий.

Мери улыбнулась.

— Я испытала отвратительные ощущения, сэр, могу вас заверить. Но наконец мы прибыли в Дьеп, где его светлость собирался переночевать. Мы пообедали. Думаю, еще на яхте его светлость изрядно выпил. Он пребывал в мрачном настроении, и я была вынуждена прибегнуть к самым крайним мерам для защиты своей чести.

Пожилой джентльмен открыл табакерку и аккуратно извлек щепоть табака.

— Если вам удалось отстоять свою честь, милая мисс Чаллонер, то, зная его светлость, я готов поверить, что ваши меры были действительно крайними. Вы положительно возбудили мое любопытство.

— Я выстрелила в него, — просто ответила Мери.

Рука с щепотью табака на мгновение дрогнула.

— Примите мои поздравления, — невозмутимо сказал пожилой джентльмен и втянул в себя табак.

— Рана оказалось не слишком серьезной, — продолжала мисс Чаллонер. — Но это его отрезвило.

— Наверное, иначе и быть не могло, — согласился джентльмен.

— Да, сэр. Он начал понимать, что я вовсе не… не особа определенного сорта и буду защищать себя всеми доступными средствами.

— Неужели? Поразительная интуиция, должен сказать.

Мисс Чаллонер с достоинством произнесла:

— Вы смеетесь, сэр, но мне тогда было не до смеха.

Джентльмен поклонился.

— Прошу прощения, — смиренно произнес он. — Что произошло дальше?

— Его светлость потребовал, чтобы я рассказала все то, что я сейчас поведала вам. Маркиз выслушал меня и сказал, что есть только один выход. Я должна немедленно выйти за него замуж.