Дитё. Двойной удар

А руки светились от пыльцы редкого растения, вызывающего к тому же видения. Нимба не было, это я провел рукой по волосам, нанеся пыльцу. Прокатило.

На первое время пойдет, но потом, когда информация дойдет до церковных иерархов, придется туго. Они же не знают, что мне они и их власть на хрен не нужны, и будут пытаться уничтожить. Каз-злины.

Главное сделано, с командой плотно пообщались, те, кто поумнее, держали рот на замке. Тех, что потупее, убедили, что им все это показалось. Подошла та же история с пыльцой.

С купцами был разговор короткий, поспрашивав меня и моих людей во время ужина, они убедились, что все это была шутка, и потеряли к этому интерес. Хотя пару вопросов мене задали. Но больше их интересовало, где я достал эту пыльцу. Соврал, что в Индии, рядом с Китаем. Название стран им, конечно, было знакомо, но о подобных фокусах они не слышали.

— Отчалили, — отвлек меня от наблюдения за отставшими купцами Федор.

— Две картечницы направить на лодки, одну в толпу на берегу, шестифунтовую в сторону подъемного механизма. Действуем как под Азовом.

— Как под кем? — не понял Синицын.

— Как под Таном, — поправился я.

— Понял.

— Дистанция открытия огня сорок саженей.

— Принято.

Теперь отвлекать пушкарей не стоит. Аркебузники прятались за бортом, лучники лежали на палубе, чтобы их не было видно, свободные сидели за веслами.

Синицын, как самый опытный, присел рядом с шестифунтовой пушкой, ожидая команды открыть огонь.

— Давай! — рявкнул главный канонир.

Шесть членов команды, вскочив, подняли с палубы вертлюжные пушки и установили их в гнезда. Дальше действовали уже канониры, Синицын и Аркадий Волошин. У них в руках уже были подожженные фитили, так что когда лодки были на прицеле, им оставалось лишь поднести тлеющие фитили к запальным отверстиям.

Прогремел залп из двух пушек. «Беду» и лодки накрыло дымом, который быстро сносило легким ветерком. Пока оба канонира возились у двух других пушек — Волошин у третьей вертлюжной, а Синицын у шестифунтовой, — стрелки вскочили на ноги и беглым огнем добили остатки плавающих в воде татар. Все, про этих можно было забыть. Я успел рассмотреть в просвете, что на плаву никого не осталось. В это время одна за другой грохнули пушки.

Картечь ударила по наблюдателям, которые находились на берегу. Дальность предельная, но большой разброс был кстати, они разбегались, так что картечь настигла многих. Хоть и не всех. Далеко не всех.

Испуганные выстрелами лошади, которые остались на привязи, бесились, остальные уже унеслись прочь.

Шестифунтовое ядро из пушки Синицына ударилось в основание башни, брызнули осколки камней, но башня даже не шелохнулась.

В отличие от башен под Таном, тут подъемное устройство находилось внутри. Была видна щель и исчезающая в ней цепь.