Дискорама

Затем бедняга бросился обратно и, распахнув дверь, стал торопливо расстегивать штаны:

— У нас мало времени, крошка! Скидавай барахло!

— Да все мы успеем, — с улыбкой произнесла Грей и, шагнув к нему, врезала кулаком под дых.

Грузчик сложился пополам, и она, чуть распрямив его тело, добавила в печень, а потом, привалив к стене, провела серию в голову.

С лестницы послышался топот, дверь снова распахнулась, и в прихожую влетел Пайсер.

— Ну что ты творишь, Грейс?! Я знал, знал, что ты сегодня не в духе, но чтобы так! Что я скажу этим — внизу?!

— Скажи, что он упал с лестницы, — пожала плечами Грейс, подняла с пола сумочку и прошла в квартиру, мимо этих кур — в дальнюю комнату, где было тихо и единственное окно выходило на ухоженный палисадник.

Какие дурацкие вопросы задавал этот Пайсер. Что я скажу? Зачем ты это сделала? Затем и сделала. Кто-то ведь должен отвечать за то, что она сегодня не в духе, за то, что у нее бессонница, за то, что ей тридцать два, а она по-прежнему одна и… вообще.

76"

"Потрепанный внедорожник с тардионской символикой на дверцах проскочил по грунтовой дороге мимо засадной лужайки, где, замаскированный пучками травы с самого восхода, дремал зеленый «Седан» из прокатной конторы.

— Они, Фриц… — произнес один из двух агентов, дежуривших в кабине.

— Вижу, что они, Бони…

— Ну так и чего же мы не едем?

— Нужно отпустить их на безопасное расстояние, — пояснил агент по имени Фриц и завел двигатель. Он был на двадцать лет старше коллеги и до встречи с Бонифацием потерял не одного напарника. Спрашивается, почему ему так везло? А ему и не везло. Он постоянно проигрывал в карты, сдавал мелочь «одноруким бандитам», приезжал к светофору на красный свет и так до бесконечности. Но он всегда следовал инструкциям, в то время как его напарники стремились все обделать по-быстрому.

«Привет, Фриц, я сижу у него на хвосте! Сейчас срежу через клумбу и успею его подстрелить!» или: «Ну и сиди здесь, если нравится, а я в такую жару предпочитаю быть в кондиционированном номере!»

Это были слова напарников, после которых он их больше не видел. Были и другие слова, но вывод всегда оставался один: слушай инструкции и всегда им следуй. Фриц следовал, другие почему-то не догоняли.

— Хочешь сказать, они не должны нас заметить? — спросил Бони, когда их машина уже скакала по грунтовке и был виден пыльный шлейф от впереди идущего внедорожника.

— Так гласит инструкция.

— А как насчет того, чтобы отлить? Что говорит твоя инструкция?

— Терпи, вот и весь наказ. Если приспичит — в бардачке есть пачка памперсов, специально для такого случая.

— Ну уж нет, приятель, — засмеялся Бони.

— Тогда терпи.

С боковой дороги между ними вклинился какой-то фургон.