Династия. Наследник

Не то чтобы меня это расстраивало, но всё равно — за время в этом мире я успел очень к ней привыкнуть. Завтракать и ужинать вместе, болтать о пустяках, любоваться её красотой — всё это стало привычными и приятными ритуалами для меня.

Когда вернусь в Москву, надо будет обязательно выделить день-другой и провести время с ней. Удивительно, но я скучаю. Кто бы мог подумать?

В прошлой жизни я своих родителей знать не хотел. В этой же мне повезло гораздо больше.

С матерью, по крайней мере. С отцом я так до сих пор и не определился — нравится ли мне Сергей. Пока что всё наше общение было по большей части деловым.

— Оставь мне Матвея и ещё одного бойца на всякий случай, — говорю я Виктору, выныривая из мыслей. — На базу Династии отправляйся немедленно.

— Так точно, — коротко отвечает он.

Я выхожу в фойе гостиницы и на лифте поднимаюсь к себе в номер. Надо позвонить Черепову, и лучше я опять сделаю это с глушилкой. В последнее время мы с ним несколько халатно относились к осторожности. Пока что ни в коем случае нельзя допустить, чтобы о нашем родстве кто-то узнал.

Но сначала надо набрать Медведеву.

— Добрый вечер, Давид Артурович, — говорю я, открывая дверь в номер. — Как у вас дела?

— Замечательно, не считая плохих вестей, — бурчит тот. — Александр Сергеевич, вы слышали, что Вронский объявил у себя во владениях военное положение?

Ого, даже так. Егор мне ни о чём таком не говорил. Похоже, что события развиваются быстрее, чем хотелось бы.

Уклоняясь от ответа на вопрос, я говорю:

— Послушайте, Давид Артурович. Ни в коем случае не вздумайте ничего предпринимать в ответ. Прикажите своей пресс-службе выпустить заявление, что род Медведевых не хочет воевать и по-прежнему настроен на компромисс. Сделайте это сию минуту, слышите?

— Как скажете, — недовольно говорит Медведев. — Но что, если они нападут на меня?

— Никто на вас не нападёт. Это провокация. Наш клан должен показать, что мы хотим мира. К тому же Вронские собираются воевать не с нами, а с Череповыми.

— Что? С чего вдруг? — удивляется граф.

— Я не в курсе всех деталей, но причина проста — они не хотят идти на сделку с вами. Не переживайте, я сделаю всё, чтобы принудить их остановиться. Кровопролитие нам не нужно.

Давид Артурович вздыхает, и в его вздохе я прямо слышу обратное желание. Он-то как раз не прочь пострелять и уничтожить Вронских, окончательно закрыв тем самым земельный вопрос.

Но всё-таки он отвечает:

— Хорошо. Но я на всякий случай прикажу солдатам быть начеку."

"— Только без резких движений, граф. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы нас объявили в агрессии. Противник именно этого и добивается — стоит нам хотя бы вывести БМП на дорогу, Вронский тут же атакует и потом скажет, что мы первые начали.