Дина

— Признавайтесь, Камиль Асхатович: столы – это ваш фетиш?

— Да уж скорее твой, — с усмешкой парирует он, находя мою руку.

От того, как привычно и мягко он ее сжимает, мне хочется танцевать и смеяться. Помню, что когда-то я хотела перестать его любить. Беру свои слова обратно! Любовь и отношения – это прекрасно! И они вдвойне прекраснее, когда речь идет о Камиле.

— Так кто оказался крысой? — возвращаюсь я к теме беседы.

— Дмитрий, менеджер. — Камиль бросает на меня быстрый взгляд. — Тот, с кем ты в обеденный перерыв хихикала.

— Ох ты ж, черт! — от неожиданности я даже останавливаюсь, напрочь игнорируя очередное признание в том, что он за мной наблюдал. — Дима? Да как так? У него такое чувство юмора хорошее… И он меня регулярно шоколадками угощал.

— Чувство юмора — не показатель хорошего человека.

— Мне всегда казалось, что да. И вообще, я всегда была уверена, что умею людей чувствовать.

Камиль иронично откашливается.

— С таким чутьем профессию сапера тебе не освоить. Взять хотя бы твоего нынешнего шефа.

— Знаешь, даже после попытки унизить тебя прилюдно, я не могу относиться к нему совсем плохо, — с заминкой признаюсь я. — Старик, по сути, нормальный дядька, просто жутко закомплексованный и обидчив, как ребенок. Ты смотрел фильм про двух гонщиков? Один красавчик, которого все любят и который постоянно нарушает правила, а второй некрасивый, обаянием не блещет, очень законопослушный, и ему все достается через труд.

— Как я понимаю, роль красавчика досталась мне?

— Ты правильно все понимаешь. Я же сейчас рядом с тобой иду, — самодовольно фыркаю я. — Виктор тебя недолюбливает не только потому, что вы конкуренты. Просто ты олицетворяешь собой все, что ему недоступно.

— Очень интересный психологический разбор, — замечает Камиль, не выглядя впечатленным. — Я останусь при своем мнении. Погорельцев гнилой тип, и тебе нужно от него уходить. Как впрочем, не стоило начинать на него работать.

Подумав, я решаю ему признаться. Хотела сделать это после того, как Виктор подпишет заявление, но раз такой разговор пошел – ни к чему тянуть.

— В понедельник я иду увольняться. И не потому, что ты сейчас все это сказал. Я все решила сама, после того, как услышала о подставе. Поняла, что работать на него не смогу.

На лице Камиля появляется недоверчиво-удивленное выражение, которое быстро сменяется улыбкой.

— Даже так? Неужели твои принципы в кои-то веки приняли мою сторону?

— На то они и принципы, что не выбирают чью-то сторону, — глубокомысленно изрекаю я. — Они следуют зову совести. Хотя надо признать, что в последнее время у меня ты ходишь в любимчиках.

— Заслужил, стало быть, — усмехается Камиль, обняв меня за плечи. Кажется, новость о моем увольнении обрадовала его даже больше, чем я ожидала.

— Не до конца.