Димон

— Алло! Алло! Это Евгений Герасимович? Извините что так рано!

— Какое там рано! Поздно! Я как раз ночное дежурство сдаю! Это ты, Ромео?

— Я!

— Ну вы, молодёжь, даёте! Одна тут очнулась посреди ночи, всё отделение на уши поставила! Другой звонит спозаранку, словно кто-то ему уже об этом протелепатил!

— Доктор! Как она?

— Джульетта твоя, Никифорова? Чтоб я так был здоров, как она! Свежа, как огурчик с грядки! Да, кстати, она про тебя уже говорила! Сразу как в себя пришла! Про какую-то там смотровую площадку. Это на Воробьёвых горах, что ли? Что-то про то, что она всё помнит, о чём вы там с ней говорили, и вообще, что она всё помнит!

— Можно мне сейчас приехать? Вы проведёте меня к ней? — Димон весь дрожал от радостного возбуждения.

— Шут с тобой, приезжай! Я ещё часа полтора здесь буду, проведу…

— Спасибо, доктор! Спаси вас Бог!

— Чего? Дуй давай скорей, Ромео…

— Бегу! — крикнул в трубку счастливый Димка и стремглав кинулся ко входу в метро.

ЭПИЛОГ

Недели через две после описанных здесь событий в Покровском храме, что на Покровке, возле набережной, после окончания вечерни, настоятелем храма протоиереем Николаем было совершено Таинство Крещения над девицей Мариной, с оставлением ей в Крещении того же имени.

На следующий день, за Божественной Литургией, немноголюдной по причине дачного сезона и буднего дня, в том же храме было только два причастника — раб Божий Димитрий и раба Божия «новопросвещенная» девица Марина.

Венчать их отец Николай пока отказался, предложил подождать, хотя бы до восемнадцатилетия, меньше года уж осталось…

Зато благословил, по возможности, регулярно посещать проводимые им в приходском доме духовные беседы для взрослых прихожан, еженедельно, после воскресной Литургии. Причастники обещали посещать.

Ну вот и всё, вроде бы…

Пока!

Слава Богу за всё!

с. Новосергиево, 8 июня 2008 г."