Диктатура Евы (СИ)

Но там во все тяжкие пустилась мамаша, а не отец.

Бальтазар кивнул.

— Что же… бывает, — пожала плечами Ева. — Расскажите мне о процедуре признания.

Граф обошел стол и остановился у шкафа с книгами, достал том в черной обложке с золотым тиснением.

— Свод законов. Здесь есть образец для всех бумаг. Но главное — согласие отца. Остальное формальности.

— А если отец не согласится?

— Тогда король может своим указом признать бастарда одним из наследников. В истории были прецеденты, когда в роду не оставалось ни одного мужчины, кроме незаконнорожденных.

— А если это девочка?

— Тогда ей нужно было родиться принцессой.

Ева намек поняла, но лишь улыбнулась в ответ снисходительно, если граф хотел ее оскорбить, то он просчитался.

— А если я захочу усыновить чужого ребенка?

— Шата Ева, — снисходительность в интонации дала понять Еве, что граф догадался о ком речь. — В вашем случае лучше всего будет взять опеку над девочкой. Как опекун вы можете решать ее судьбу и никто не посмеет слова сказать поперек.

— Мне нравится этот вариант. Какие документы мне следует оформить?

— Герцогине Ридверт не нужно согласовывать это незначительное событие, — тонко улыбнулся граф. — Достаточно заверить бумаги об опекунстве в местной канцелярии. Секретарь вашего супруга знает, что нужно делать. Но…

— Но? — приподняла брови Ева.

— У девочки ведь есть родители?

— Она сирота.

— Это как-то подтверждено документально? Возможно, у нее осталась доля в наследстве?

Еве было все равно есть у Яськи доля от родителей или нет, ей хватит денег, чтобы дать этому ребенку лучшее. Но она пришла из мира, где одна вовремя взятая бумажка могла решить исход судебного дела. Поэтому Ева прислушалась к словам Бальтазара.

— Шата Ева, я мог бы помочь вам в этом вопросе, — Бальтазар обошел стол и встал рядом. — Мне, как дознавателю трипты это не сложно сделать.

— И что вы потребуете взамен? — не купилась Ева на его доброту.

— Вы меня совершенно не знаете, — покачал головой граф. — И не хотите узнать лучше, — добавил с сожалением. — А ведь я могу быть как союзником, так и врагом.

Ева встала и, глядя в голубые глаза, четко произнесла:

— Вам следовало бы определиться граф, на чьей вы стороне. На стороне трипты или на собственной. Потому что если второе, то возможно мы сможем договориться.

— А если на стороне трипты?"

"— Пока вы не угрожаете мне, я живу с вами в мире.

— Серьезное заявление, шата Ева, — граф смотрел на девушку с интересом. — Не пожалеете?

— Я никогда не делаю опрометчивых заявлений, Бальтазар. И никогда не угрожаю не имея на то основания.

— Знаете, я читал досье на вас. Изучал. Ведь признание брака недействительным серьезный политический шаг. Я опрашивал свидетелей, собирал данные…

— И?.. — Еве стало любопытно.