Диктатор

Смотрю на свою полную грудь в черном кружевном бюстгальтере и провожу руками по тонкой талии. Как по мне, я слишком костлявая, пару килограмм не помешало бы набрать. Но Олегу, кажется, понравилось моя фигура. По крайней мере, блеск в его глазах и возбуждение были настоящими.

Я горько улыбаюсь, пытаясь выбросить из головы этого мужчину. Все ещё не могу поверить, что так легко пошла за ним в этот проклятый номер. Это так не похоже на меня.

Я долго стою под теплыми струями воды, смывая с себя сегодняшний день. Дрожь и волнение давно прошли, как и легкое опьянение. Но даже на трезвую голову понимаю, что все равно согласилась бы на его предложение, хоть это было и неправильно. Просто потому, что есть в нем что-то такое дикое, запретное и притягательное…

Я попалась на крючок. Вот и вся правда.

Наверное, это к лучшему, что ничего не получилось. Завтра я выйду из номера гостиницы и навсегда закрою за собой дверь с табличкой «Исаев». Удалю из контактов его номер, предварительно заблокировав в мессенджерах.

Я уснула не сразу. Бродила по номеру, нашла в холодильнике сок и йогурт, до поздней ночи смотрела телевизор, забравшись в мягкую постель под легкое одеяло. Потом вертела в руках телефон, ожидая непонятно чего, и все думала об Олеге.

Утром я проснулась рано, даже будильник не понадобился, быстро собралась и, в последний раз окинув взглядом роскошную кровать, вышла из номера. Смущаясь, сдала ключ-карту администратору и, не оглядываясь, выскочила из отеля. Мне казалось, что весь персонал знает, зачем я приходила в тот номер и что там делала. Наверное, именно так чувствуют себя девочки на одну ночь. Хотя нет, тем все равно, что о них подумают.

Мама возвращалась после ночной смены около девяти утра, поэтому я нервно теребила ручки сумочки, мысленно умоляя водителя автобуса ехать быстрее. Мне не хотелось врать ей о том, где я провела прошлую ночь, а она непременно бы поинтересовалась.

Мама у меня женщина старой закалки, и если бы узнала, что вытворяет Катька, то у нее случился бы инфаркт. Она воспитывала нас в строгости и читала лекции о том, чтобы не доверяли парням и не вздумали раздвигать перед ними ноги. Наверное, хотела уберечь нас от своих ошибок.

Катю она родила в девятнадцать, через год отец сестры бросил их, и у мамы завязался роман с женатым мужчиной. От которого родилась я. Вот только у него уже были дети и слышать обо мне он не хотел. Первое время давал какие-то копейки за молчание, а потом, не сказав ни слова, переехал в другой город. Мама продала родительский домик в деревне и купила комнату в коммуналке, из которой мы все никак не можем выбраться.

В нашем блоке было тихо, я достаю из сумочки ключи и, стараясь не шуметь, открываю дверь.