Правило Диксона (ЛП)

— Ну, это не имеет значения, потому что этого не будет.

Раздражение усиливает его голос. — То есть нет ничего, что я мог бы сказать или сделать, чтобы убедить тебя пойти со мной в ту спальню? Совсем ничего?

— Ничего, — отвечаю я, притворяясь, что мой рот не суше, чем вата. — Ты тратишь свое время.

— А если я поцелую тебя?

— Тогда тебе придется сначала спросить, а я не согласна.

— А что если я сниму штаны?

— Ну, тогда ты будешь сидеть без штанов.

— Ты раздражаешь.

— Потому что я не занимаюсь с тобой сексом?

— Нет, потому что ты не можешь признать, что хочешь этого.

— Это новое для тебя ощущение, не правда ли? Отказ.

— Я справлюсь с отказом. Я не могу справиться с ложью.

— Ты довольно легко солгал Линси насчет наших фальшивых отношений.

— У тебя есть ответ на все.

Я вздыхаю. — Это не лучшая идея. Честно говоря, половину времени я думаю, что ты просто дразнишь меня. Я не доверяю тебе. Ты везде. В один день ты бабник, на следующий день хочешь отношений, а ещё через день хочешь стать друзьями с привилегиями. Я не могу доверять тому, что ты говоришь.

Он поражен. — Ты действительно не веришь, что я нравишься мне? Посмотри на это. Он гладит рукой по своим шортам, растягивая ткань, чтобы я могла видеть эрекцию, которая давит на нее. — У меня полуэрекция, и это только от того, что ты споришь со мной.

Я чуть не подавилась своим языком. Это полуэрекция? Господи, я была права. Его щедрый член намного больше, чем щедрый. Что больше, чем щедрый? Значительный? Солидный?

— Тебе нравится то, что ты видишь, — говорит он с пониманием.

Поняв, что я смотрю на его пах, я борюсь, чтобы отвести взгляд.

— Признай это. Ты хочешь, чтобы твоя рука была той самой рукой, которая это делает. Он обнимает свой солидный член и улыбается мне.

Мое горло становится сухим. Я кашляю, когда он начинает медленно проводить ладонью вверх и вниз по длине.

— О боже, — проборматываю я.

— О боже, что? Хотела бы ты, чтобы я остановился?

Я приклеена к своему месту, внимательно смотря на него. И я даже не пьяна. Никаких оправданий для такого поведения.

— Скажи мне, чтобы я остановился. Желание запечатлено на его чертах лица, пока его рука продолжает свои ленивые движения.

Я открываю рот. Хочу попробовать сказать слово остановись. Но звук не выходит.

— Знаешь, что я думаю? Думаю, тебе интересно, каково это, — тянет Шейн.

Я снова сглатываю. — Что каково?

— Быть с кем-то, когда ты не ты управляешь ситуацией в спальне.

Я не ожидаю такого ответа.

— Что заставляет тебя думать, что я контролирую ситуацию в спальне?

— Твоя личность, — смеется он, продолжая себя трогать. И да, теперь его член даже больше. Он замечает, куда я смотрю, и поднимает бровь. — Хочешь, чтобы я вытащил?

Я с трудом выдавливаю слово:

— Нет.

Он проводит языком по верхней губе.

— Ладно. Оставим это на потом.