Дикое золото

[2] Места наши диковаты, порой с подобною фигурою за спиной не в пример спокойнее… Ну, позволите вам пожелать всего наилучшего? Еще раз простите за беспочвенные подозрения, не держите зла. И на старуху бывает проруха, да-с… Заглядывайте в гости без церемоний. Интересно мне, как пойдут дела в наших местах у варшавского немца. Адреса не называю, исключительно из спеси, ха! В этом городишке вам особняк Иванихина любой сопливый мальчишка покажет.

– И к нам прошу пожаловать, – торопливо поддержал Буторин. – Благовещенская улица, угол Театральной, дом Буторина под номером десятым. Костенька, заметил нас Исмаил, рукой машет…

– Ага, – кивнул Иванихин. – Как бы его только от Вячеслава Яковлевича уберечь, так и ходит вокруг него Вячеслав Яковлевич, норовит в роман вставить во всей колоритности… Всего хорошего, Леонид Карлович. В самом деле, заглядывайте, у нас попросту…

– Непременно, – пообещал Лямпе. – Я, со своей стороны, пока не могу вам дать адреса, поскольку такового не имею. Меня должен встретить приказчик, но в какой гостинице снял номер, решительно не представляю.

– Не вздумайте в «Гранд-отель». Дыра и клоповник, ничего хорошего, кроме названия. Знаете что? Езжайте-ка вы в «Старую Россию». Самое приличное заведение на сегодняшний день. – Он понизил голос, расплылся в плутовской улыбке: – И девицы, должен вам сказать, вне конкуренции – с обхождением и без дурных хворей. Между нами, мальчуганами… Да вы не изображайте всей фигурою смущение – в этих делах и русский, и немец одинаково хватки… Натура требует, а?

– Не стану с вами спорить, – вежливо сказал Лямпе. – Что ж, всего наилучшего, господа…

Шагая за носильщиком в белом фартуке и с неизменной бляхой, без всякой натуги тащившим его нетяжелый чемодан, он краем глаза заметил Пантелея Жаркова. Тот целеустремленно поспешал к выходу с перрона и, хотя тоже заметил Лямпе, виду, как и следовало ожидать, не подал. Прошел, как мимо чужого – картуз, косоворотка под ремешком, сапоги начищены, пиджачок не роскошен и не обтрепан, классический фабричный мастер или кустарь себе на уме. Водочкой не увлекается, обстоятелен и скопидомист, свидетельство о благонадежности в кармане, к политике равнодушен по неразвитости фантазии и скромности запросов… «Молодец», – мысленно одобрительно кивнул Лямпе. За версту виден образ. Ни тени фальши.

Точно так же не было ни тени фальши и в поспешавшем ему навстречу Сёме Акимове. Легкая вертлявость в движениях, штучные брючки в видах моды заужены, штиблеты сияют, клетчатый пиджачок определенно легкомыслен, галстук чересчур пышен и криклив, усики напомажены, канотье с дурным шиком сбито на ухо.