Дикое поле

И где они только деньги берут?

И тут как осенило: да это же Давыдкина охрана! А может, даже и разбойнички, которые уцелели после разгрома их гнезда на болоте, — перекочевали сюда и затаились под крылышком хозяина постоялого двора.

Подошел Илья, сел рядом и прошептал:

— Можем до Вязьмы добраться с богомольцами. Их тут целая ватага.

«Ватага? — подумал Тархов, — Это о богомольцах-то? Скорее так скажешь о разбойниках. Нет, нужно как-нибудь от этих „богомольцев“ отвертеться, не то еще придушат ночью. Да и зачем я Илюшке, если он надумает с ними отправиться?»

— Пехом? — вытирая корочкой хлеба сковородку, усмехнулся Павлин. — Долго будет. Ты как знаешь, а я на одра — и в Смоленск! Может, там кто из знакомых купцов торгует, попрошу коней на время. Сгоняю за товаром, и домой.

— Тебе не нужны золотые?

— Почему не нужны? Но ведь ты, как я понял, хочешь идти с ватагой?

— Нет, это долго. Ты правильно сказал. Если Давыд даст коней, поедешь со мной?

— Чего же не поехать? От Вязьмы до Москвы всяк ближе, чем отсюда. К тому же тогда с тебя и причитаться будет. Но можешь мне вместо денег дать коня, я не откажусь.

— Посмотрим. — Илья поднялся. — Пойду, скажу хозяину. Сейчас и поедем. Время не ждет…

Снова они ехали стремя в стремя, молча отмахивая версту за верстой по дороге, бесконечной лентой петлявшей то среди дремучих лесов, то среди широких полей, то сбегавших к мостам через речки, то взбиравшейся на крутые косогоры. Мелькали и уплывали назад деревеньки, а в городах путников не раз останавливали заставы, и служивые люди придирчиво выспрашивали, кто такие, куда и по какой надобности едут.

До Вязьмы добрались без приключений, но в город Илья не поехал. Предложил свернуть на проселок, и вскоре впереди показалась большая усадьба на берегу речки — тихой, светлой, с густым зеленым кустарником по берегам. За рекой раскинулось поле с полосками жнивья, а почти вплотную к нему подступал лес. Вся усадьба, словно крепость, была обнесена высоким тыном с глухими тесовыми воротами. Из-за тына виднелись шатровая кровля терема, деревянная луковка домашней часовенки с крестом и крытые дранкой крыши хозяйственных построек. Павлин заметил, что у подножия тына змеей тянулся глубокий ров. По его краю ровными валками лежала выкошенная трава: хозяева следили за порядком.

Илья смело подъехал к воротам и постучал:

— Чего надо? — сердито спросили с той стороны тына.

— До Кириллы Петровича с вестями. Отворяй!

Однако отворили не сразу. Путникам пришлось довольно долго ждать, пока дворня распахнет тяжелые створки ворот. Не успели они въехать на двор, как лошадей схватили под уздцы дюжие холопы.