Дикое поле

Что будет с Гравино, его совершенно не интересовало — раз иезуит разрешил использовать шпиона по собственному усмотрению, он так и поступит.

— Мало того, — добавил Джакомо. — Он отличный шпион.

— Прекрасно! — Евнух хлопнул в ладоши, и в зал вошли двое.

Белометти обернулся на звук их шагов и увидел толстяка с необъятным чревом, задравшим его халат, как у беременной женщины. Рядом с ним почти терялся сухощавый смуглый человек среднего роста в скромном темном костюме турецкого покроя.

— Это Джафар и Али. — Старик указал сначала на толстяка, потом на смуглолицего. — Вечером передайте им вашего человека. Они знают, что делать. Идите!

Повинуясь хозяину, Джафар и Али исчезли. Фасих-бей встал, обнял итальянца за плечи и заглянул ему в лицо:

— Помните, я сказал, что берущий щедрее, ибо он возвращает?

— Стоит ли вспоминать о пустяке?

— Нет, нет! Настала пора платить долги вежливости. Я приготовил для дорогого гостя дом, полный преданных слуг. Это мой подарок, и я не желаю слушать никаких возражений! Уютное местечко. Там не хватает только красивых наложниц, но об этом мы тоже позаботимся.

— Еще и наложницы? — засмеялся Белометти. — Не слишком ли я буду злоупотреблять вашей щедростью?

— Э-э, поэт сказал: бери чаще новую жену, чтобы для тебя всегда длилась весна. Новый дом, новая женщина! Старый календарь не годится для нового года! Надень куртку и шаровары, повяжи на голову чалму, повесь на пояс саблю. Кто тогда скажет, что ты не турок? Наслаждайся жизнью, пока молод. Старый Фасих умеет ценить дружбу и не любит оставаться в долгу… Пошли, нас ждет восхитительный обед.

Турок взял гостя под руку и повел в смежную комнату. Он был доволен: все произошло именно так, как он хотел. Мало того, в решительный час он теперь сможет бросить на колеблющуюся чашу весов возможность тайного сговора с Папой против московитов и тем самым склонить ее в свою сторону. Ведь потеря Азова у всех как ячмень на глазу! Но не стоит торопиться. Всему свое время, а Фасих-бей умел ждать.

Старый евнух сделал поистине царский подарок: Джакомо убедился в этом, приехав осмотреть дом. Участок был обнесен достаточно высокой, сложенной из камня стеной, за которой шумел тенистый сад. Внутрь можно было попасть через калитку, врезанную в высокие глухие ворота. Эти ворота и калитка, укрепленные коваными полосами, невольно навевали мысли о крепости или тюрьме. Как будто здешние обитатели приготовились выдержать осаду или охранять тайного узника. А вдруг именно так оно и есть?

Белометти постучал в калитку. Она открылась, и появился рослый турок с огромными черными усами, больше похожий на свирепого янычара, чем на привратника. За поясом у него торчали длинноствольный пистолет и внушительных размеров ятаган.