Дикое поле

Войди в плоть мою, в тело, в кровь, как входишь в душу и сердце мое… » Только наговоры вряд ли тебе помогут.

— Гонсерек присушил ее раньше, — развел руками лекарь. — И теперь она обращает внимание на него, а не на тебя.

— Проклятье! — Войтик в сердцах стукнул кулаком по луке седла и досадливо прикусил губу. Его пышные усы обвисли, плечи ссутулились, рука нервно дергала повод, заставляя коня вскидывать голову. — Неужели нет никакого средства? — глухо спросил он.

Украдкой наблюдавший за ним Чарновский усмехнулся.

— Средство есть, но оно опасно для жизни… Кстати, вот и маеток. Прелестное местечко.

Дорога выбежала на поле, за которым виднелся старый шляхетский дом с высокой трубой. Словно в ожидании гостей, из нее поднимался легкий дымок. Все вокруг дышало тишиной и покоем. Сюда не долетали даже громкие звуки охотничьих рогов.

— Да, королю понравится, — безучастно осмотревшись, кисло промямлил Войтик. И обернулся к лекарю: — А что за средство, скажи?

— Посмотри мне в глаза!

Войтик повиновался. Встретившись взглядом с Казимиром, он вдруг почувствовал, что им овладели такие же ощущения, как на лесной дороге, когда он, скованный неведомой силой, не мог отвести глаз от блестящего шарика.

— Ты должен вызвать Марцина на поединок и пролить его кровь!

Слова Марковского молотом бухали в ушах, словно рядом звонил исполинский колокол.

— Янина будет твоей! Забудь обо мне и займись обедом короля!

Вздрогнув, Войтик отвел глаза и засмеялся, весело подкручивая пышные усы.

— Неплохо! На поле поставим шатры для свиты, а король отдохнет в доме. Ты был прав, Казик.

— Просто я хорошо знаю эту дорогу, — скромно ответил лекарь.

Вернувшись поздно вечером с королевского праздника, Казимир застал у себя дома пана Войтика. Опустив голову, тот мрачно расхаживал по комнате, заложив за спину руки. Увидев лекаря, он живо обернулся:

— Казик! Наконец-то. У меня к тебе важное дело.

— Дело? — Чарновский устало опустился в кресло и зевнул. — Прости, иногда даже праздники утомляют. А ты разве не был там?

— Я? Конечно был, но ушел раньше.

— Зря! В перерыве между танцами расщедрились на токайское. Так что у тебя за дело? Выкладывай, а то время уже позднее.

— Говорят, у тебя очень коварный клинок. Правда, я не видел его в действии, но много слышал.

— И что? — снова зевнул Казимир.

— Сделай милость, покажи мне какой-нибудь неотразимый прием.

— Давай завтра, — расстегивая пуговицы жупана, попросил хозяин, — ужасно хочется спать.

— Завтра будет поздно, — с оттенком мрачной торжественности заявил гость. — Я вызвал на поединок Марцина Гонсерека! Утром мы встречаемся на левом берегу, у Старого моста. Будем драться на саблях.

Казимир удивленно присвистнул:

— Ничего себе? Когда это ты успел?

— М-да, — хмыкнул хозяин.