Дикий зверь

— Ты куда? — встревожилась Софи, тщетно пытаясь унять дрожь в голосе.

— Ну скажи честно, Софи, ты что думаешь, я улягусь с тобой рядом? Думаешь, я буду спать в этой кровати как ни в чем не бывало?

Она пошатнулась:

— Арпад, мы справимся со всем этим… Клянусь! Плевать на твою работу!

— Да ну? Плевать? А за эту хибару мы как будем платить? А за наш образ жизни? Лето на Средиземноморье, Рождество на Карибах, февраль в Альпах — мы как должны это все оплачивать?

— Да плевать на все это! Мне нужен ты!

— Хватит лгать! Ты просто хочешь сохранить картинку идеальной семьи! Хочешь шикарный дом, «порше» в гараже, образцовых детей, ну и мужа до кучи.

— Неправда! Совершеннейшая неправда! — закричала Софи. — Пойди отдохни, поговорим, когда ты успокоишься. У тебя была тяжелая ночь, ты не в себе, я понимаю.

— В голове у меня ясно как никогда! — возразил Арпад. — Думаешь, я не разгадал твои ухищрения? Фальшивые билеты на самолет, фальшивое письмо от Хищника!

Она была поражена: как он раскусил ее махинации? И решила играть в открытую:

— Ладно, я налажала с этими билетами, не надо было! Я тебя хотела защитить!

— Защитить от чего? От твоей связи с Хищником? Да еще Самюэль Эннель уверяет, что был с тобой в Лондоне… Это ты попросила его солгать, а?

Она расплакалась:

— Прости.

— Значит, все вокруг в курсе твоих похождений?

Она осела на пол.

— Только Самюэль, — еле слышно произнесла она.

— Только Самюэль! Надо же! Только Самюэль!

— Я люблю тебя, Арпад, это от тебя я родила детей!

— А я должен тебя делить…

— Тут все сложно…

— Что тут такого сложного?

— Я не могу… не могу выбирать между Хищником и тобой…

— Почему?

— С ним я ощущаю такое, чего ты никогда не сможешь мне дать. Я… я могу быть с тобой и расцветать с тобой, потому что есть Хищник.

— Спасибо за откровенность! — язвительно воскликнул Арпад.

Он чувствовал, как в нем разгорается гнев, и боялся, что в бешенстве может разнести весь дом. Надо уходить. Быстро. Собирать вещички и уходить. И никогда больше сюда не возвращаться.

Он бросился на второй этаж и влетел в супружескую спальню. Отыскал дорожную сумку, покидал туда одежду. На комоде стояла фотография — они с Софи, влюбленные, на греческом пляже. Его затошнило. Он швырнул рамку об стену. Ему казалось, что он сходит с ума. Задыхается.

Зазвонил телефон. Опять Бернар. На этот раз Арпад взял трубку. Ему хотелось разломать все, изничтожить эту гармоничную, терпеливо возведенную жизнь. Дар строить часто сочетается с даром разрушения.

— Дорогой мой Арпад, — говорил Бернар в телефоне, — меня очень расстроили дурные новости, которые мне сообщила Софи. Но не волнуйся, мы тебе поможем найти место, я…

— Закрой пасть, Бернар! — изо всех сил заорал Арпад. — Я сам найду работу, без тебя обойдусь.