Дикий (СИ)

Каримов разговаривает по телефону на том языке, которого я не понимаю, а после убирает телефон и говорит:

— Нас ждут.

Дикий ведет меня за собой. Только теперь замечаю, что мои пальцы до сих пор крепко перехвачены его большой ладонью. Странно, как я сразу не придала значения. Это прикосновение почти не ощущается, будто все происходит как должно быть. Первый порыв, когда осознаю наш затянувшийся контакт, — отдернуть руку, но посмотрев по сторонам, решаю не торопится с этим.

Посетители здесь похлеще, чем у нас в “Картеле”. Складывается ощущение, будто проходит отдельная вечеринка для бандитских компаний. Уж слишком выразительные лица у гостей клуба.

А еще я невольно отмечаю, что Дикого узнают. Несколько человек приветствуют его и Каримова, приглашают за стол, но получают отказ.

Какой-то тип вдруг тянется ко мне с ухмылкой, но потом резко отшатывается и разворачивается в другую сторону, теряясь в толпе.

Поворачиваюсь и вижу, как темнеют синие глаза, как сжимаются квадратные челюсти, а желваки напрягаются под смуглой кожей. Когда Дикий переводит взгляд на меня, то выражение его лица настолько быстро меняется и вмиг смягчается, что можно решить, будто передо мной совсем другой человек.

— Встреча пройдет в кабинете, — говорит, склоняясь надо мной. — На втором этаже.

— Хорошо.

— Хочешь чего-нибудь? — кивает на бар.

— Я не пью.

— Даже минералку? — усмехается.

Его губы оказываются слишком близко к моему лицу. И вроде бы понятно почему, музыка гремит настолько сильно, что иначе ничего не услышать. Но когда мы оказываемся так близко, внутри тут же вспыхивает напряжение.

— Спасибо, ничего не нужно, — роняю в ответ.

— Если захочешь, скажи.

— Почему встреча проходит в таком месте?

— Здесь никто не поставит “прослушку”.

— А разве мы скрываемся от кого-то? — хмурюсь. — Или занимаемся чем-нибудь противозаконным?

Дикий придвигается еще ближе. Вокруг все больше людей толпится, поэтому он мягко увлекает меня в сторону и склоняется ниже, обжигая щеку тяжелым дыханием. Когда пробую отстраниться, упираюсь спиной в стенку.

А он будто и не замечает неловкости. Нависает сильнее прежнего. Даже руку рядом с моим плечом ставит, опираясь о гладкую бетонную поверхность, словно вообще от всех отгородить собирается.

— Речь пойдет не только о наших обычных поставках, — выдыхает мне на ухо. — Мы собираемся развивать новое направление в бизнесе.

— Какое?

— Стройка.

— И что в этом криминального? — вырывается на автомате.

— Ничего, но тему могут перехватить, — отвечает он. — На кону большой куш.

Темный угол, в котором мы оказываемся, озаряют неоновые всполохи цветомузыки. В глазах Дикого загораются опасные искры. Его взгляд доводит до того, что мои нервы сдают.

— Нам пора идти, — говорю.