Дикий (СИ)

Очень горячий визит.

Умом понимаю, что не достану. Но рефлексы держать не получается.

Рывком подаюсь вперед.

Блядь. Нихуя.

Руки за спиной скованы. Наручники держат.

Долговязый отшатывается.

— Одна ваша роспись — и ничего не будет, — выдает он.

— Ты кто такой? — рычу. — Кто прислал?

— Удачи вам, Демьян, — говорит он и поднимается. — В «Яме» вам удача потребуется. Если хотите когда-нибудь выйти.

Точно.

Только, блядь, «Яма» — самая хуевая тюряга страны. Оттуда никто не выходит. Туда попадают за самые жестокие преступления. И выход на волю — вперед ногами. Сбежать нереально.

Но сука, я должен выйти. Должен найти путь.

***Стою возле окна. Смотрю, как крупными хлопьями падает снег. Невольно обнимаю себя руками.

До сих пор не могу поверить, что все это происходит на самом деле. Демьян дает чистосердечное признание. Отправляется отбывать пожизненный срок за бойню в ночном клубе.

Конечно, мы познакомились при таких обстоятельствах, что…

Черт, да он только вышел из тюрьмы. И сразу устроил нападение на офис моего первого шефа. Ворвался туда с оружием. Угрожал. Пытался меня изнасиловать.

Только в последний момент остановился.

Так стоит ли удивляться налету на «Картель»?

Дура. Идиотка. Ну как я могла ему поверить? Как?! Наверное, здесь как с наркоманами. Завязать и бросить невозможно. И Демьян адреналиновый наркоман. Вечно в поиске нового риска. Новой дозы.

И все-таки до конца не верю. Физически не могу принять правду.

Дима пытается оградить меня от подробностей. От любой информации. Но я все равно узнаю.

Там же не просто бандитские разборки. Не только преступники пострадали. Там много других жертв. Обычные посетители клуба. Официанты. Танцовщицы.

Жутко смотреть на список погибших и осознавать, что всю эту мясорубку развязал мужчина, которого я полюбила.

Накрываю живот ладонью. Безотчетный жест. Рефлекторный.

— Катя, — зовёт Лебедев.

Оборачиваюсь.

— Выходи за меня замуж.

Сначала кажется, ослышалась. Не может же он и правда такое предлагать. Сейчас. После всего. Когда я…

— Тебе защита нужна, — продолжает Дима. — Нельзя, чтобы тебя и дальше считали женщиной Дикого. Он слишком многим дорогу перешел. Слишком много крови на его руках.

— Дима, — нервно усмехаюсь. — О чем ты говоришь? Я беременна. Срок два месяца и…"

"— Это ничего не меняет, — он и бровью не ведет.

— Нет, — качаю головой. — Это меняет все. Прости, мне надо побыть одной.

— Не выйдет, Катя, никуда не уйду.

— Дима…

— Ты понимаешь, в какой опасности будет ребенок Демьяна? Сколько людей захочет ему отомстить?

— Хватит, — морщусь. — Пожалуйста.

— Мы поженимся, — твердо говорит Лебедев. — Все решат, это мой ребенок. Срок небольшой. Проблемы не вижу.

Он обнимает меня. А я не чувствую ничего. Совсем. Внутри пустота.