Дикий Кот

— Увел жену и радуешься?

— Человек не барашек, чтобы накинуть на шею веревку и увести против воли. Дарина — тем более. Захотела уйти от тебя — ушла. Заметь, ушла не ко мне, просто ушла.

— Что ты мне сказки рассказываешь? Лана видела вас вместе. На той квартире, что я подарил Дарине в качестве примирительного подарка. Немыслимо просто. Я ей картиры дарю, а она там с любовниками трахается.

— Еще не потрахались. Но потрахаемся. Может быть, Дарина вернет тебе эту хату занюханную, я точно не знаю, но готов обеспечить свою женщину всем необходимым, а тебе… Лучше не соваться, пока тебя не кастрировали нафиг. Причем, не за измены, а за то, что убил ребенка Дарины.

— Ты че несешь? Ты перекурил, что ли?! Значит, вот какие ты сказки моей жене рассказываешь? И она ведется?! — Олег взял паузу, перевел дыхание. — Я устрою тебе такие проблемы, Котов. Ад сладкими тропиками покажется!

— Вообще-то я узнал это от Дарины, а она узнала из анализов лаборатории. Я считаю, что дирижером был ты.

— Да как ты… Что?! Нет!

— Да, да, Мамаев. Отклонений у ребенка не нашли, и вы подсунули Дарине липу. Как удобно, правда, привезти жену в клинику подруги любовницы и скинуть нежеланного младенца.

В ответ тишина. Такая гулкая, в ушах немного зазвенело.

Потом всхлип, выдох, рваное:

— Нет. Не может этого быть! — потрясенно. — Я бы никогда…

— Значит, твоя любовница постаралась. И то верно, зачем тебе еще дети, когда у тебя уже есть ребенок от нее.

— Дай поговорить с Дариной! Дай… Где она?! — взбешенно проорал.

Глава 44

Котов

— Поговоришь при разводе. Всего-то потребуется сказать “Согласен, возражений не имею” Или как там говорят, точно не знаю. Но, слышал, у тебя уже есть некоторый опыт в этом вопросе, — произнес я и сбросил вызов.

Произнеся эти слова, вдруг поймал себя на мысли: а не была бы Дарина против подобного самоуправства с моей стороны? Я ведь не спросил ее, не уточнил ничего. Даже не обсудил! Но уже накрутил всего — и тут лихо ответил, и про то, что в курсе делишек подруги слил. Но с другой стороны, промолчать бы точно не смог!

Все, Олежа, тебе отставка, Фурия — моя дама сердца, ты же лучше поговори со своей возлюбленной.

Меня снова шатало, потом прибило к стене, на губах расползлась улыбка. В грудной клетке — немного запоздалый тремор сердца, которое сначала едва не лопнуло от напряжения и острой боли, потом переполнилось осознанием, чуть не взорвавшись от счастья и любви, и вот теперь…. мотор в груди едва маслал, с трудом справляясь со своей первостепенной задачей — перекачивать кровь.

Несколько минут позволил себе поторчать в сиропе густых мыслей.

Потом заставил себя отойти. Как бы хватит бездействовать! У Олега явно длинные руки и намерения не отпускать от себя жену, пора задействовать собственные связи и попросить друзей о подстраховке.