Дикий ангел

Мужские губы неприятно прилипают к моему лбу, а сопение носом в волосы вызывает растущее раздражение.

Настроение падает ещё ниже. Хочется расширить физическую дистанцию. Оттолкнуть.

Не готова я к такой близости. За столько лет я приспособилась находиться одна, сидеть в скорлупе и никого не пускать.

Что за бесцеремонное вторжение?"

"Ворочаюсь, желая выбраться из плена рук, но Кирилл притискивает меня обратно, бессвязно бормочет во сне возмущение. Его пальцы ползут по моей спине к заднице. Задыхаюсь.

Память вспышкой простреливают другие ощущения:

«Утро. Солнечные лучи над головой. Любимый рядом. Тихое счастье. Чувство защищённости. Шершавые подушечки пальцев скользят по лопаткам вниз, водят по окружью ягодицы, щупают.

– Почему ты всегда просыпаешься раньше меня, Феликс?

– Чтобы ничего не пропустить! Хочу круглыми сутками на тебя смотреть и трогать, но сон берёт своё и я отключаюсь! Поэтому укорачиваю его!

– Ты сумасшедший!

– Зато под рукой мягкая попка!

– Ничего не мягкая! Я танцами вообще-то занимаюсь!

– Покажи поближе! Не рассмотрел!

– Вот тебе! – проворачиваюсь к нему задом, оттопыриваю.

– А грудь тоже танцевальная? Ну-ка, потряси!

– Я тебе сейчас так потрясу!!

– Слово выпустишь, не воротишь!! – хохочет и стягивает с себя трусы. – Приступайте, барышня!

– Да я тебя…!

– Класс! А потом я тебя!! – наваливается сзади и кусает в шею.

– Феликс! – смеюсь от щекотки в подушку. – Отчаливай!! – для вида сопротивляюсь.

– Поздно, я уже пристыковался!!

– Да ты… ооо… – всё, полное поражение.

– Вот ради этого раньше и просыпаюсь… – шёпот, перемешанный со стоном и я тону в мурашках.»

Почему моя голова представляет прошедшее, как единственную данность? Почему иное… с другим… это неправильно?

С мужем всё было прочувствованно. Казалось, наша любовь была бесконечной. Живой, струящейся, без ограничений.

Но всё приняло другой оборот и она осталась в той… прошлой жизни.

Я так думала.

Но оно всё сидит внутри, на клеточном уровне. Отдаётся вибрациями в душе. Моя вина… я с детства дала себе установку и приучила к мысли, что у меня любовь будет раз и навсегда. Постоянная и всесильная. Что наполню сердце до краёв, ни одного пустого уголка не останется.

Так и сделала. Но это меня обесточило.

Из просветлённой перекочевала в познавшую. Плюс перешёл в минус. Там, где росли цветы, теперь не прорастут даже сорняки. Пустошь. Теперь я живу страхом. Страхом перед любовью. Чужой, своей… неважно! Пусть там, за стеной будет, а мне и так нормально.

Не надо мне этого!

– Кирилл! – нервы, как кнуты. – Ты чего тут растележился, я не пойму??

– Мм? – взгляд наискось. – Чего такое, Уляш?

– Спать вместе мы не договаривались! – срываю утренним хрипом голос.