Дикий вьюнок (СИ)

— Вам следует решить, как распорядиться ее имуществом. В ее комнатах осталось много дорогих вещей, в том числе драгоценности. По собственному желанию мы не можем ничего предпринимать, поэтому ждем приказа. Вы хотите оставить, как есть, убрать или… забрать себе, чтобы использовать?

— Нет, пользоваться чужими вещами я не собираюсь, — резко ответила я. — И вообще пусть вопрос имущества Фионы решает князь.

По лицу пани Поли скользнуло легкое удивление.

— Вы хотите, чтобы вопрос по внутреннему устройству замка и его прежних… жительниц решал лично князь?

Видно было, что отказать она не решалась, хотя вероятно прозвучавшее предложение выходило за допустимые здесь рамки. Пока она не набралась решимости протестовать, я быстро сменила тему.

— А что там насчет прислуги?

— Обе фрейлины покинули замок вместе с госпожой. Но к ее покоям остались причислены служанки, которые занимались уборкой, уходом за личным гардеробом и исполнением мелких поручений.

Семь человек! Большинство девушек я, вероятно, знала лично и почти наверняка всех знала в лицо.

— Так как вам в любом случае потребуется прислуга, — продолжала пани Поли, — можете оставить прежних девушек, подготовленных к исполнению подобных обязанностей.

В комнате снова сгустилась тишина.

Как оказалось, я не готова решать чью-то судьбу. Совсем. У меня никогда не было служанок и уму непостижимо, зачем мне нужно целых семь человек? Но если я откажусь, куда их денут? Не думаю, что их жизнь станет проще, когда им найдут более трудоемкую работу. А может вообще отправят из замка? Что кстати делают со слугами, когда больше не нуждаются в их услугах?

— Что вы мне посоветуете? — пролепетала я, впервые после приезда не пытаясь натянуть на лицо маску стервозной и многоопытной хозяйки дома. Мне пока не хватало ни сил, ни уверенности долго строить из себя мраморную статую и подбородок еще не очень высоко задирался, видимо в отсутствии хоть какой-либо тренировки.

Пани Поли вдруг посмотрела с настоящим участием.

— Я советую оставить девушек себе. Они действительно прекрасно справлялись со своими обязанностями и без лишних одергиваний способны прекрасно обслуживать. Кроме того, это покажет, что на ваше отношение к окружающим не влияют личные чувства, такие как пренебрежение к слугам только оттого, что раньше они прислуживали Фионе. И потом… как вы сами понимаете, это был не их выбор. Служанки — люди подневольные.

Да уж… это я хорошо понимала. Помнила. Да и вряд ли когда забуду, разве что лет через пятьдесят. Если доживу.

— Пусть останутся у меня, — ответила я. — Спасибо за совет.

Она молча поклонилась.

— Да. Только позовите, пожалуйста, лекаря, если можно, пусть придет немедленно.

— Конечно. Как пожелаете.