Дикие нравы

Но и одной тубы достаточно с лихвой, ящики, скорее всего тоже не пустые. Уж больно знакомая укупорка, после стольких лет постоянных испытаний ни с чем не спутаешь. Наш, разработанный в Коломне, ПЗРК, и какими только судьбами занесло тебя в лапы к африканским повстанцам? Ну да сейчас не об этом, потом разбираться будем. Перед глазами сами собой запрыгали строчки из первой части руководства по эксплуатации, накрепко затверженные когда-то наизусть: «КАТЕГОРИЧЕСКИ ЗАПРЕЩАЕТСЯ размещать комплекс в непосредственной близости от нагревательных приборов, на расстоянии менее пяти метров от источников открытого огня и в местах незащищенных от попадания прямых солнечных лучей». Долбанные обезьяны, уж не знаю, как попала к вам в руки сложная зенитно-ракетная техника, но вот шарахнет сейчас похоже, так, что никому мало не покажется. Предельная жара для «Иглы» — 50 градусов Цельсия, здесь сейчас все шестьдесят, плюс еще жалящие солнечные лучи, так и впивающиеся в корпус лежащей на ящиках тубы. А в каждом ящике еще по две таких же, которые обязательно сдетонируют при взрыве. А зона опасности при подрыве боевой части «Иглы» сто метров. Именно на таком расстоянии сохраняют свою убойную силу осколки, а если запустится движок, то «птички» из ящиков способны самостоятельно разлететься на полкилометра и даже больше, увеличивая зону поражения в разы. А кому повезет не поймать случайный осколок, те как пить дать наглотаются ядовитого дыма полного солей тяжелых металлов и прочей дряни. Ну, черножопые, ну уроды! Макс будто во сне сделал еще один шаг к так мирно привалившимся к стене хижины ящикам, а перед глазами все скакали буквы из различных инструкций, складываясь в беспощадные фразы: «При возгорании немедленно прекратить попытки тушения пожара и покинуть опасную зону… воспламенение и подрыв взрывчатого вещества наступает через шесть-семь минут после начала воздействия открытого пламени… вход в зону подрыва для ликвидации последствий аварии не ранее чем через тридцать минут, после рассеивания дымного облака, содержащего ядовитые для человека компоненты». То ли от страха вызванного этими всплывшими в памяти выдержками из руководства по эксплуатации, то ли от вызванного дрожанием воздуха обмана зрения, только показалось в тот момент Максиму, что из под тубы уже вьется тонкой струйкой белесый дымок.

Что-то резкое, повелительное выкрикнул один из охранников, вскидывая к плечу пулеметный приклад.

— Назад, — дернул Максима за шиворот Пойзон. — Вы что, идиот? Они же будут стрелять! Что происходит, черт возьми!

Только тут Макс вспомнил о существовании окружающих и собственно о своей роли в разыгрываемом здесь спектакле.