Дикарь и простушка

Завтра будет время удостовериться, что это действительно его спальня. Поскольку никто не потребовал убираться отсюда, Дункан впал в пьяное забытье.

Пробудившись к полудню, Дункан, к полному своему ужасу, узрел знакомую картину: кто-то сидел у постели, ожидая, пока он проснется. Это оказался Арчи. Неужели это будет повторяться каждый раз, когда Дункан напьется до бесчувствия?

Арчи, чуть приподняв веки, неожиданно констатировал:

– Ты нализался в стельку в тот раз, когда пришлось обручиться, и теперь, когда с помолвкой ничего не вышло. Стоит ли так себя мучить, парень, если навеки все равно не забудешься?

– Не стоит, конечно. Но и ты зря тут часами сидишь. Небось старые косточки будут ныть еще с неделю.

– Мои старые косточки пусть тебя не волнуют, – отрезал Арчи, с трудом выпрямляясь. При этом суставы заскрипели так, что он невольно ухмыльнулся.

Дункан сел, стараясь проделать это со всей осторожностью, но успеха не добился: очевидно, все-таки не проспался как следует. Пожалуй, не стоит впредь считать спиртное лекарством от всех горестей, уж лучше попросить кого-нибудь пристрелить его: все легче будет.

Арчи, наблюдая за ним, смущенно пробормотал:

– Наверное, стоило подождать, пока ты не поправишься. Но совесть покоя не дает.

– Если собираешься орать на меня, делай это шепотом, – предупредил Дункан.

Арчи поежился:

– Уж если кто и должен орать, так скорее ты.

Дункан мгновенно забыл о головной боли и с любопытством уставился на деда:

– Совесть, говоришь? Ну-ка выкладывай, что тебя гложет?

– Что ты принял отказ девушки так близко к сердцу.

Дункан насмешливо выгнул бровь, но тут же поморщился от боли. Попытался надменно выдвинуть подбородок – результат тот же. Наконец подпер голову руками и вяло спросил:

– Может, мне радоваться, оттого что она не любит меня так, как я ее?

– А ты уверен, что любишь ее именно так?

– А иначе с чего бы это я просил ее выйти за меня?

– Я все время боялся, что ты сделаешь именно это, лишь бы удержать ее рядом, – признался Арчи. – Вспомни, ты все время уверял, что она для тебя – только друг.

– И я не лгал… тогда. Ирония ситуации заключается в том, что именно ты убедил меня, будто мужчина и женщина не могут быть друзьями. Это и заставило меня взглянуть на Сабрину по-иному. Представляешь, мне понравилось то, что я увидел! Очень понравилось. Честно говоря, я из последних сил старался держаться от нее подальше. Но меня так и тянуло к ней.

Арчи со стоном закрыл глаза.

– В таком случае я обязан извиниться. Похоже, это я виноват в том, что она тебе отказала.

– При чем тут ты? – отмахнулся Дункан. – Разве можно повлиять на чьи-то чувства?

– Нет, но я как-то потолковал с ней и убедил не выказывать эти самые чувства слишком открыто.

Остатки хмеля мгновенно испарились.