Дикарь и простушка

Она навсегда останется для него только другом. Хорош друг – даже на свадьбу не явился!

Теперь Сабрина злилась на себя за то, что бросила Дункана в беде. А ведь Арчибальд предупреждал, что сейчас он, как никогда, нуждается в дружеском участии.

Перед глазами Сабрины стояло печальное лицо Дункана в тот миг, когда он обнял ее.

Может, хоть тетушки поехали в церковь? В конце концов, их пригласили. Но если учесть, когда все они вернулись домой… возможно, они тоже проспали. Как некрасиво! Дункану наверняка тоже хотелось не вылезать сегодня из постели, но его уж точно разбудили. Нельзя же опаздывать на собственную свадьбу!

Сабрина оделась и спустилась вниз, едва не столкнувшись на лестнице с Элис.

– Наконец-то! – приветствовала ее тетушка. – А я уже хотела проверить, жива ли ты.

– Вы были на церемонии?

– Господи, конечно, нет! Мы до сих пор в себя прийти не можем. Но думаю, нам перескажут во всех подробностях. Следующие два месяца в округе ни о чем другом толковать не будут! Кстати, к тебе приехала леди. Ждет в гостиной.

Сабрина, сама не понимая почему, решила, что приехала Офелия. Вероятно, потому, что она была последней, кто посещал дом Ламбертов. Офелия? Несмотря на то что сегодня день ее свадьбы? Вполне вероятно: захотелось позлорадствовать… Но нет, Сабрина все время забывает, что Офелия готова на все, лишь бы избежать этого брака. Поверить невозможно! Любая женщина мечтает о муже, обладающем такими качествами, как Дункан. Но у мисс Рид были свои понятия о выгодной партии, а Дункан теперь явно им не соответствовал.

Наверняка она явилась, чтобы стонать и жаловаться на свою печальную участь. Ах, Сабрина все бы отдала, лишь бы оказаться на ее месте! Но на этот раз она не потерпит нытья Офелии. Не станет притворяться, будто сочувствует так называемой подруге, особенно теперь, когда узнала всю глубину ее подлости. Офелия лгала, интриговала и сделала все, чтобы лишить Сабрину даже ничтожного шанса на счастье.

Направляясь в гостиную, она решила сразу же указать Офелии на дверь. Но каково было ее разочарование, когда навстречу ей поднялась Мейвис. Сабрина даже покраснела, стыдясь своих недобрых мыслей об Офелии. Правда, ей стало немного легче, когда она увидела сконфуженное лицо гостьи. Понять причину ее смущения не составляло труда. Наверное, хотела объяснить, почему отказалась помочь Дункану. Мучается угрызениями совести? А ведь Мейвис вовсе не злая, не подлая, просто не желает лишаться единственной возможности отомстить сопернице, испортившей ей жизнь. Но какая сейчас разница? Все равно уже слишком поздно.

– Я приехала извиниться… – начала Мейвис.

– Не стоит.

– Стоит. Я ни за что не поступила бы, как грозилась.