Дикарь и простушка

Дункан стоял у окна гостиной, глядя в мутное небо и гадая, любуется ли Сабрина тем, что творится на улице. Она обожала ливни, ураганы, любые «дары» природы, независимо от времени года. Какое радостное у нее было лицо, когда он увел ее на балкон, под ливневые струи…

– Ты не можешь постоянно избегать меня.

Дункан дернулся, как от ожога. Этот ненавистный мяукающий голос Офелии действовал ему на нервы. Небосклон рано потемнел из-за дождя, так что пришлось зажечь лампы, но он увидел ее отражение в стекле – она вся словно сияла внутренним светом, отчасти из-за золотистых волос и белоснежной кожи.

Дункан не обернулся. Он действительно не желал начинать с ней беседу, особенно по поводу их редких встреч. Просто он еще не решил, как с ней обращаться.

Можно сказать правду: что он едва терпит ее, и это, вне всякого сомнения, приведет к полному отчуждению после свадьбы. Идеальный союз, по крайней мере для него. Или… или попытаться поладить с ней, смириться с нежеланным браком. Правда, Дункан не знал, способен ли на такое, но попробовать стоило. Но если она рано или поздно разгадает его истинные чувства, это все равно приведет к разрыву, так зачем трудиться?

Зачем? Хотя бы ради Арчи. Дед мечтал о наследниках. Но он так и не увидит внуков, если Дункан не ляжет с женой в постель.

– Что скажут люди?

Как? Она еще здесь?

Дункан с тяжелым вздохом бросил косой взгляд на Офелию.

– Подумают, что мы не слишком рвемся к алтарю? – к собственному удивлению, спросил он. Ничего не скажешь, притворщик из него еще тот! Однако он предпочитает правду, и, возможно, им удастся договориться и поладить друг с другом. А Офелия? Сумеет она измениться или слишком поглощена собой, чтобы обращать внимание на остальных? А хочет ли он помочь ей стать другой? Нет, это дело безнадежное.

– Я действительно не имею ни малейшего желания выходить за тебя! – вспылила она. – Особенно после того, как твой дед во всех подробностях расписал тоскливое существование, которое нам придется здесь вести. Но ты… тебе ни к чему делать вид, будто не желаешь на мне жениться. Именно поэтому мы снова обручились!

Дункан не то чтобы онемел, но прошло несколько мгновений, прежде чем он пришел в себя после потрясения.

– Неужели ты не понимаешь, Офелия, что красивая внешность – еще не все? Что некоторые мужчины предпочитают светлую душу и ум смазливому личику?

Она непонимающе уставилась на него и снисходительно рассмеялась:

– Ошибаешься, и доказательством тому служат сотни предложений, которые я получила от лучших женихов столицы. А ведь эти джентльмены едва меня знали. Кому лучше меня знать, что нужно мужчинам?!

– Значит, они и убедили тебя, что красота – это самое главное.