Дикая война

В итоге всё собранное им золото уместилось в нескольких патронных ящиках, которые Мишка, не мудрствуя лукаво, сложил в сенях, составив их в углу и накрыв куском старой рогожи. Хочешь что-то спрятать, прячь на виду. А на третий день на заимку пришли ханты. Как обычно, одарив их и получив в ответ кучу отдарков, Мишка заварил свежий чай и, присев к столу, спросил у задумчиво пыхтевшего трубкой Торгата:

— Что-то не так?

— Не очень хорошо, Мишка, — вздохнул охотник. — Волков много становится. Травоеды из-за них уходят. Боюсь, плохая зима будет.

— Откуда вдруг волки взялись? — удивился Мишка.

— Не знаю. Уже две стаи по пятнадцать зверей видели.

— Так, может, стоит на них большую охоту устроить, пока они всех травоедов не разогнали? — подумав, предложил Мишка.

— Парни охотятся, — вздохнул Торгат.

— Не так. Они по следу идут, а надо, чтобы волки сами к ним пришли. Выбивать их надо.

— Будешь нас охоте учить? — усмехнулся хант.

— Нет. Учить не стану. Но совет дам, — твёрдо ответил Мишка.

— Думаешь, твой совет будет лучше, чем наши правила? — иронично хмыкнул Торгат.

— Вы так не охотитесь, вот и всё, — пожал Мишка плечами.

— Расскажи, — кивнул охотник.

— Волк — зверь осторожный, но сейчас им голодно, — начал Мишка. — Сам видишь, сколько снегу навалило. Вот и надо сделать так, чтобы они в одном месте собрались. Поляна нужна большая. Охотников на краю поляны на деревья рассадить, по кругу. А на самой поляне свежую кровь разлить. А как волки на неё выйдут, тут и стрелять.

— Это уже не охота будет, — помолчав, вздохнул Торгат.

— Знаю. Но или так, или опять вам кочевать до самой весны. А волки и за вами пойти могут, сам знаешь, — вздохнул в ответ Мишка, которому подобная бойня и самому претила.

— Хорошо, Мишка. Думать стану, — кивнул Торгат. — Там, в сенях, шкура того аю, что ты добыл. Большая. А зубы вот. Как просил, — закончил он, выложив на стол маленький мешочек. — Мясо Илкен закоптил, как ты учил. Всё в леднике стоит. В бочонках.

— Спасибо, Торгат, — кивнул Мишка. — Скажи, у вас выделанные шкуры есть?

— Зачем тебе?

— Подарок сделать хочу. Пимы, доху, шапку, — перечислил он.

— Кому? — коротко спросил охотник.

— Девушке одной, — улыбнулся парень.

— Бабу нашёл. Хорошо. Давно пора, — кивнул охотник. — Приходи. Скажешь, на кого из наших женщин она фигурой похожа, они всё сошьют.

Их разговор прервал топот в сенях, и в дом ввалился сверкающий смазанным жиром лицом Илкен. Таким образом ханты спасали открытые участки кожи от обморожения, смазав их топлёным жиром. Потом, вернувшись в помещение, они смывали его золой. Этим приёмом пользовался и сам Мишка. Проще было отмыть лицо, чем лечить обмороженную физиономию.