Дикая война

 — Тут вот ты про мастеров вспомнил. Кузнец наш очень хочет поговорить с тобой. Есть у него вопрос к тебе, который он сам решить не может.

— Так пошли, поговорим, — развёл парень руками.

— А и пошли. Прогуляемся, — чуть подумав, усмехнулся атаман, хлопнув себя ладонями по коленям. — А ты, егоза, пока дитём займись, — скомандовал он Насте. — У хозяйки своих дел хватит.

— Это уж, не обессудь, Сергий Поликарпович, мы тут сами, по-бабьи решим, — осадила его Глафира.

— Да и слава богу, — рассмеялся казак и поднялся из-за стола.

Они вышли на улицу, и атаман, с удовольствием вдыхая чистый, морозный воздух, принялся рассказывать в подробностях, как прошло получение премии. Услышав, что в посёлке появилась странная графиня, похвалявшаяся охотой в Африке, Мишка только вздохнул и, покривив губы, отмахнулся:

— Читал я про ту охоту. Звери, конечно, там большие, опасные, но и охотятся они там не так, как тут. Саванна — это как наша степь, только кустов побольше. Так что видно в ней всё далеко. Если ушами не хлопать. Да и ходят с теми охотниками по нескольку десятков носильщиков да проводников. Так что если стрелять умеешь, то не охота, а забава. Это не наша тайга, где в десяти шагах медведя не разглядишь.

За разговором они добрались до кузницы, и атаман на правах хозяина вошёл в неё первым. У наковальни стоял невысокий мужчина с широченными плечами. Что называется, поперёк себя шире. Глянув на него, Мишка едва сдержал улыбку, подумав: «Вот такими в наших книжках гномов и описывали. Горласт, волосат и с железом работать любит».

Кузнец и вправду зарос бородой до самых глаз. Увидев гостей, он прекратил распекать своего подмастерья, стоявшего рядом с кувалдой в руках. Понимая, что должен как-то заработать его уважение, Мишка подошёл к молодому плечистому парню и, отобрав у него кувалду, вопросительно посмотрел кузнецу в глаза. Окинув его заинтересованным взглядом, он коротко ударил молотком по заготовке, которую удерживал клещами, и Мишка, размахнувшись, от души шарахнул кувалдой в указанное место.

Через десять минут, бросив готовую подкову в корыто с водой, кузнец отложил инструмент и, сняв кожаный фартук, принялся мыть руки. Утеревшись вышитым домотканым полотенцем, он повернулся к гостям:

— Чем служить могу, гости дорогие? — прогудел он сочным баритоном.

— Знакомься, Елисей Кузьмич. Оружейный механик наш. Михаил, как бишь тебя по батюшке? — повернулся атаман к Мишке.

— Не дорос ещё до такого величания. Миша я, — усмехнулся парень.

— Так это ты по всякой механике мастер? — заинтересованно спросил кузнец.

— Ну, до мастера мне как тому медному котелку, тарахтеть и тарахтеть, но кое-что умею, — честно признался Мишка. — Самоучка я.

— Оно понятно, — понимающе вздохнул кузнец. — Есть у меня ружьё.