Дикая

Во-первых, дадут ли ей какую-нибудь еду? Во-вторых, сможет ли она затолкать в себя (если все-таки повезет) начавшее протухать мясо?

Живот яростно скрутило. Стало понятно, что выбора как такового у нее нет. К тому же, когда мясо начало жариться над огнем, неприятный запах слегка притупился.

Пересев еще ближе, Елена Николаевна привлекла внимание одной из женщин, а потом всем своим видом выразила готовность помочь с приготовлением пищи. Та с легким подозрением окинула ее взглядом, но все-таки кивнула на одну из палок.

– Смотри, – буркнула женщина, угрожающе сверкнув глазами.

Елена Николаевна с готовностью кивнула и полностью сосредоточилась на поджариваемом куске мяса. Ни о какой соли или добавках речи не шло. Просто мясо, палка и костер – все.

Будучи так близко к огню, она немного согрелась, хотя то и дело приходилось заботиться, чтобы шкура прикрывала все оголенные места. Хуже всего дело обстояло с ногами. Камни все еще были холодными.

– Смотри! – прикрикнула женщина, когда ей показалось, что кусок Елены Николаевны слишком долго находится в одном положении.

– Да смотрю я, зачем так кричать? – буркнула она, но кусок все-таки перевернула от греха подальше.

Женщина глянула так, будто она сделала что-то неожиданное, а потом хмуро отвернулась.

Наблюдая за мясом одним глазом, Елена Николаевна поглядывала по сторонам.

Мужчины возились с камнями. Они перебирали их, внимательно осматривали, обнюхивали и облизывали. Зачем они это делали, она понятия не имела, но подозревала, что так мужчины выбирают наиболее подходящий материал для будущего оружия.

Молодые женщины, включая саму Елену Николаевну, смотрели за мясом. Пожилая женщина приглядывала за детьми. Интересно, что дети, которым в силу возраста полагалось шуметь, бегать и прыгать, спокойно сидели и подражали взрослым.

Когда еда была готова, Елену Николаевну бесцеремонно оттолкнули от костра. Она, конечно, расстроилась. И не столько из-за ушибленного колена, сколько от вероятности, что ужина сегодня ей не достанется.

Каким же было ее удивление, когда одна из женщин оторвала небольшой кусок мяса и сунула Елене Николаевне.

– Ешь, – произнесла она и сразу отвернулась, принимаясь следить за тем, как ест один из детей.

Елена Николаевна устроилась как можно ближе к костру, а потом медленно, никуда не торопясь, съела свою порцию.

Она с удивлением поняла, что мясо довольно вкусное. Да, оно немного пахло, но в целом этого не ощущалось. Как не ощущалось и отсутствие соли.

Обдумывая этот момент, Елена Николаевна поняла, что все дело во вкусовых рецепторах. Это тело никогда не знало вкуса соли, для него такое мясо было нормой. Прежняя обладательница тела питалась подобным образом с самого детства, и такой вкус стал ассоциироваться с чем-то лакомым.