Дикая

Племени этого мяса хватит на некоторое время.

Охотники довольно переглянулись и занялись делом. Следовало добить раненое животное, затем вытащить тушу и унести, пока запах крови не привлек хищников.

Племя встретило их сначала с недоверием, а потом радостными криками. Старейшины благостно улыбались и хлопали молодых охотников по спинам, выражая одобрение. Женщины плакали, не забывая хвалить мужей. Дети прыгали вокруг, смеясь и радуясь.

Бост вздохнул. Первоначальный восторг от удачи и восторженного обращения племени прошел. И он внезапно понял, что когда-то давно так же приветствовали Медведя. А потом обвинили его во всех грехах и сейчас едва не плевались при упоминании его имени.

Что-то во всем это было неправильное.

– В порядке? – спросила Мара, глядя на мужа сияющими глазами.

Обняв ее, он поцеловал жену в висок и притянул ближе.

Он был в порядке, но что-то внутри царапало и не давало полностью отдаться веселью и радости.

Спустя некоторое время Бост встряхнулся, подхватил на руки младшего ребенка и слегка подкинул, радуясь детскому восторгу и заливистому смеху."

"Этим вечером воздух в пещере был наполнен ароматом жареного мяса.

Елена Николаевна немного беспокоилась об ушедших людях. Да, они ее разозлили, но она помнила их жалобы на голод. Какими бы раздражающими ни были эти люди, они не должны умирать из-за отсутствия еды.

Хотелось узнать, воспользовалось ли племя ловушками, но идти до соседней пещеры были слишком далеко, да и зима с каждым днем становилась все крепче.

Однако неведение мучило ее, поэтому в один из дней она хотела попросить Медведя сходить к соседям и посмотреть, как у них дела.

Шаман опередил ее, сказав, что люди в племени наконец-то смогли наладить добычу мяса.

Елена восприняла его слова скептически, но Медведь после заверений шамана заметно расслабился. Только тогда Лена поняла, что ее мужчина тоже беспокоился о своих бывших соплеменниках.

– Ты уверен, что не надо проверить лично? – спросила она как-то вечером, прижимаясь к могучей груди. Подняв руку, Лена ласково обвела пальцами темные круги, отчего Медведь напрягся и кинул на нее предупреждающий взгляд.

– Шаман силен, – выдохнул Медведь, перехватывая шаловливую руку. – Он всегда все знает.

– Действительно? – Елена скептически фыркнула. Если бы кого-то интересовало ее мнение, она сказала бы, что старикашка только и умеет, что есть, спать да париться в бане.

Медведь кивнул. Лена решила положиться на уверенность своего мужчины, который, к слову, спустя некоторое время все-таки сходил к соседям. Просто чтобы убедиться. Шаману он доверял, но вот его жена – не очень. Ему не хотелось, чтобы она попусту переживала.

Встретили его неласково.