Дикая орхидея прерий

В одно из кратких пробуждений я слышала гневный голос отца, говорящий матери:

- Да за нашу девочку я бы сам этого сенатора удавил своими руками!

Наконец, я очнулась окончательно. Одну руку придавило основательно. Опять мальчишки залезли! Но нет, в открытое окно слышно, как ругает их дед, что не надели высокие сапоги, а они собираются за ранними ягодами в лес, сварить мне морс. Я скосила глаза. На моей руке, на краю кровати, спал какой-то мужик, мне была видна только черная макушка. В дверях показалась мама. Я просипела:

-Мама, кто это? Как мальчишки?

Мать заплакала:

- Доченька, девочка моя, очнулась! Все хорошо теперь будет! А дети с дедом в лес пошли, ягод набрать тебе на морс. Вот обрадуются! Это кто, мы и сами толком не знаем, притащился следом за тобой, назвал твою старую фамилию. Не знает, что мы давно сменили тебе фамилию. И выгнать никак не можем, так и сидит возле тебя почти трое суток, только сейчас уснул. Сказал, что он сенатор от штата Техас и ты его знаешь, его зовут Джеральд.

Прости, доченька, но видно, ты его точно знаешь, мальчишки один в один на него похожи. Ты не волнуйся, меньше мы тебя или мальчиков любить не станем, ты наша дочь, а они наши внуки, даже по документам.

Черт, мое прошлое догнало меня! Ладно, хоть родители спокойно отнеслись ко всему.

В горле драло от сухости, пить хотелось неимоверно. Попросила маму дать мне воды, но она налила из кувшина морс из лесных ягод. Я выпила, сколько смогла, а остальное мстительно вылила на ту самую макушку. Ишь, разлёгся тут! Он подскочил, ничего не понимая, я вытащила руку, демонстративно ее растирая, отлежал, гад!

- Лена, ты очнулась!

- Для вас я мисс Елена! И никак иначе! А Леной кобылу свою зовите!

- Какую кобылу? - спросонья он ничего понять не мог.

- На которой ездите! -отрезала я и с кряхтеньем, как столетняя бабка, повернулась набок, лицом к стене. Добавила: Если намерены арестовать, то или волоком, или вместе с кроватью. Иначе никак. Можете подождать, пока я сама стоять не смогу. Но не здесь, в этом доме вам не рады.

- Никуда не уйду! набычился этот сенатор, чтоб он сдох! Здесь ты, здесь мои дети! И никто тебя не арестует!

- Ах, дети! Что же четыре года они вас не волновали? Или я? Как мы жили?

- Я не знал! - слабо отбивался мужик. Дел в Сенате очень много

- А сейчас они закончились, и вы решили посмотреть на нас! Не надо врать! Орхидея вам зачем-то понадобилась?

Глава 21

- Нет больше Орхидеи, погибла она. Есть только Елена Грейстоун!

- Вот тут вы ошибаетесь! Нет и Елены Грейстоун, уже больше четырех лет! Есть только Елена Картер, дочь Анны и Фреда Картер! Они давно удочерили меня и в храме сменили все записи и документы. Мои дети Тимоти Картер и Том Картер.