Дика

Фашисты рвутся к Москве, блокировали Ленинград. Их войска уже ворвались в Крым, и наши отбивают яростные атаки полчищ гитлеровцев. Противник занял Петрозаводск и перерезал железную дорогу, ведущую к Мурманску. Если ему удастся выйти к Белому морю, лопнет последняя ниточка, связывающая советское Заполярье с Центральной Россией; к Мурманску придется пробиваться водным путем.

Пламя войны охватывает все бо́льшую и бо́льшую территорию. Фашисты испепелили бомбами Украину, Белоруссию. Тысячи городов и сел лежат в развалинах, сотни тысяч мирных людей — женщин, детей, стариков — искалечены, убиты…

Кто-то из летчиков эскадрильи слышал, что враг пытался бомбардировать Казань, Вологду. Вон куда уже лезут!

А тут, на юге, фашисты стоят у порога Кавказа…

Под крылом самолета снова и снова разрозненные группы людей, повозки. Вот большая пушка, брошенная прямо в поле. Отступают наши…

Сердце Илиты на мгновение замерло от тоски и обиды. Но тут же выровняло свой бег, казалось, стало стучать даже тверже, увереннее. Илита крепче сжала штурвал. Ничего, еще месяц, еще два — ну, от силы, полгода — и враг почувствует, как велика мощь советского народа! Войск у нас все больше и больше, появляется новая техника, а силы фашистов тают не по дням, а по часам…

И все-таки враг еще наступает, рассчитывая до зимы взять на севере Сталинград, на юге — Баку. Остановят ли его наши войска? Должны остановить!

У Ефименко были сведения, что в квадрате четырнадцать наступают фашистские танки. Но в обозначенном квадрате Илита танков не увидела. Впрочем, ей показалось даже, что никто не преследует наши отступающие части. Где же проходит линия фронта? Где вражеские танки? Где пехота противника, которая так беспокоит командующего фронтом?

Волнение охватило Илиту: неужели она, как и те новички, не сможет обнаружить фашистов и вернется без разведданных?

Изредка в наушниках слышался голос командира эскадрильи:

— «Ласточка»! «Ласточка»! Где ты? Отзовись! Прием.

Сидящий во второй кабине Богомолов отвечал обычно:

— Ведем наблюдение!

А что еще он мог сообщить командиру? Язык не поворачивался говорить, что внизу только и видишь наши отступающие части.

— Дика! — окликнул стрелок-радист Илиту. — Может, пройдем по границам квадрата?

Илита кивнула.

Три минуты полета по западной границе квадрата — ничего. Пять минут — ничего. Но что это там — не на земле, а в воздухе? Черные точки! Одна, две, три… Теперь уже можно различить — «мессершмитты»! Летят аккуратным стройным клином. По-видимому, просто патрулируют, охраняют и сопровождают свои движущиеся части. Вот попали в облако, скрылись на несколько секунд. Вынырнули! Как быстро они приближаются! Еще минута — и они будут над «Ласточкой»! Надо уходить.