Диета для трех поросят

– Простите, – вдруг вполне адекватно произнес он и поправил закрывавшие пол-лица черные очки, – я обознался. Принял вас за одну мою старинную знакомую, а сейчас сообразил: она давно в могиле. Да только вы так на нее похожи, что просто мороз по коже. Вот я и подумал: меня тогда обманули, жива она, и…

– Котя! Отзовись! – не успокаивалась невидимая дама.

«Гавайская рубашка» развернулась и нырнула в ближайший бутик. Я с облегчением вздохнула и пошла к метро. Конечно, не особо приятно услышать, что ты до боли похожа на умершую особу, но что взять с идиота…

– В конце концов, мне тоже надо освободиться от груза. Хочешь узнать, что случилось с моим братом? – перебила меня Ирина.

– Да! – воскликнула я.

– Его убили, я знаю, кто и почему. Вот только постороннему человеку трудно разобраться, эта история корнями проросла в прошлое.

– Ну так рассказывай, не тяни – предложила я.

Ирина скрестила руки на груди.

– Начну с наших родителей, Михаила Олеговича и Алевтины Марковны. Папа был крупнейшим психиатром, а мама…

– … болела шизофренией, – теперь я ее перебила. – Профессор, боясь огласки, во время обострения болезни прятал супругу от посторонних глаз на съемной квартире. А для присмотра за сыном нанял Тигровну, которая возилась и с его дочерью, но потом няня скончалась. Произошел несчастный случай. Вроде женщину убила сумасшедшая супруга профессора.

– Откуда ты это знаешь? – заморгала Ирина.

– Вера Петровна рассказала, – ответила я, – клиентка нашего агентства, то есть та дама, что представилась супругой Олега. Она психотерапевт. Так насчет Алевтины Марковны это правда?

Ира встала и поманила меня пальцем.

– Иди сюда…

Мы вошли в просторную гостиную, помпезно украшенную скульптурами.

– Как тебе эти работы? – поинтересовалась Ирина.

– Я плохо разбираюсь в искусстве и могу неправильно их оценить, но на мой взгляд дилетанта они замечательны.

– Это работы мамы! Я сохранила все ее произведения.

– Она была удивительно талантлива, – покривила я душой."

"Мне всегда казалось, что истинный творец должен создавать нечто оригинальное, а скульптуры Алевтины Марковны были просто копиями старинных статуй. Вон там повторение работ древнегреческих мастеров. Я забыла имена скульпторов (у нас в институте был предмет «Античная культура»), а вот имена богов и героев греческих мифов могу назвать. В углу высится Зевс, около него Афина, чуть поодаль Прометей, прикованный к скале. Рядом с ним волчица с двумя младенцами – это уже из истории Рима. Алевтина Марковна была хорошим копиистом, даже повторила орнамент из латинских и греческих букв, украшавший невысокие пьедесталы. Всего в гостиной было десять статуй из глины – Алевтина Марковна лепила, она не работала с мрамором.