Диджей сарафанного радио

 – Что делать-то?!

Девушка принялась на ощупь пробираться вдоль стеллажей, поминутно озираясь и шарахаясь во все стороны. Пребывая в дикой панике, она попыталась отыскать выход из этого страшного места.

– Уй-й-й! – в ужасе пискнула она, случайно задев чью-то холодную безжизненную руку. – Еще немного, и я останусь здесь, как настоящий безвременно окоченевший пациент.

Лере с горем пополам удалось добраться до огромной металлической двери, и она попыталась ее открыть. К ее великой радости и облегчению, та, хоть и была толстой и тяжелой, все же подалась.

– Как в бункере у Гитлера, – проворчала Валерия. – Не хватает только парочки гестаповцев со свастикой на рукаве. Интересно, в каком фильме я это видела? – совершенно не к месту нервно пробормотала она. – Вроде бы фильм о войне был…"

"Девушка вцепилась в дверь обеими руками и потянула ее на себя, чтобы получилась хоть небольшая щель, в которую она могла бы проскользнуть. Когда ей это удалось, Лера осторожно просунула в щелку нос. Обозрев пустую комнату, она протиснулась в дверь со всеми предосторожностями и замерла, прислушиваясь к непонятным звукам. Те, похоже, доносились из соседней комнаты, и Лера, встав на цыпочки, потрусила ко второй двери. Она была немного приоткрыта, поэтому Лера услышала все, о чем там говорилось.

– Крематорий на ночь закрывается, но у санитаров в комнате есть запасной комплект ключей. Им иногда поручают там убрать за дополнительную плату, и они это делают обычно по ночам. Бывает, что клиентов много, значит, и народу через залы проходит много, уборщице одной не справиться. Скоро санитары напьются, и можно будет взять ключи, – услышала девушка голос Владлена. – Только все остальное сделаете сами, а с меня хватит и того, что я уже исполнил.

– Отсюда можно попасть в крематорий, минуя улицу? – спросил другой мужчина.

– Да, естественно, в конце коридора как раз есть поворот в нужную сторону. Отсюда часто возят на сжигание невостребованные трупы, – ответил Владлен. – Ну и втянули вы меня в историю, черт возьми! – выругался он. – Угораздило же меня с вами связаться! Работник прокуратуры – это вам не бомж, которого никто искать не будет.

– Никакой она не работник прокуратуры, всего лишь частный детектив, – грубо сказал второй мужчина. – И нечего сопли распускать. Кататься любишь, люби и саночки возить. Денежки отрабатывать нужно, за просто так и прыщ на заднице не вскочит.

– Я, между прочим, на мокрое дело не подписывался, – огрызнулся Владлен. – Написать липовое заключение – это одно, а убить человека – совсем другое.

– Дело как раз не мокрое, а наоборот, – усмехнулся второй. – Я бы сказал, жаркое дело. Сгорит наша сыщица, и концы… в трубу! – противно захохотал он.